Комендант некромантской общаги 2

Шкапчик красивый наш, домик родненький.

Не рискуя перебивать занятную парочку, Марья приготовилась слушать.

– Мы еду готовим. Сладости готовим и вино делаем. Кухонные мы. Шкаф на кухне – и мы там.

– Ага. Готовим, и все едят и хвалят. А сейчас не так совсем. Ох.

– Спали мы, силы не было. Шкапчик-то не в кухне был, уволок кто-то с кухни. А мы и спали.

– Ой-ой. Зачем утащили с кухни? Спали, и силы ушли, совсем почти ушли.

– А потом чуем – опять кухня, а сил-то нету совсем. И вдруг пронеслось что-то насквозь, нас как разбудило, и мы пошли силы искать.

– Ох, еле шли. Нашли силы, много-много, цельный стол. Ну и в мешок всё ложить. А тама ушастый, ой-ой, и глазастый такой был…

– Тама нас заметил такой ухатый с большой поварешкой, ну мы его тоже взяли. Вместе-то кушать веселее, и новости опять же ж.

– Ага. Новости всякие, еда вкусная. Ох, сил набрались и благодарить-кормить хотели. Тот ухан сказал, что его крадуном из-за нас назвали. Надо вернуть все, сказал.

– Мы же сил-то ого-го – и готовить! И ухана учить, он хотел.

– Ой, хотел, хотел! И сахар надо было, мы пошли, пошли. Ухан остался, мы пошли.

– Где остался? – Марья не выдержала. Она уже поняла, что эти смешные малыши и были невольными воришками, а тот ухан, видимо, пропавший Зютек.

– Так в дому, в шкапчике. Там же варилося и пеклося, нельзя без присмотру.

– А прибежала большая, рыскала везде, и пироженку съела, и пошла, и кричала, кричала.

– Ой, орала громко. Тот ухан сказал, она в шкапчик лезла, он испугался и поварешкой закрылся, а она ого как орать и бежать.

– А там лезли мелкие с крыльями и ты, большая, только маленькая. И тоже бежали.

– Так громко было. Хотели тихо, когда вкусно – тихо и все рады.

– И мы всё сделали, а те пришли и только пили, не ели.

– Ой, не ели. Пили, пили и громко и брякали, и пили.

– А пришел большой маленький, напугался и прятался. Эти потом храпели, а он плакал, и нам жалко, и ухан пришёл. Мы его в гости забрали, он тоже учиться хотел. Мы учим.

– Учим, учим.

– А за еду нет благодарности. Вернули всё и кормили. А все кричат и бегают.

– Ой, нету, совсем-совсем.

– Так про вас никто не знает. Сами говорите, вы спали, а теперь никто про вас не помнит, видимо. Надо вас со всеми заново знакомить и поварят возвращать. Скоро праздник, и вы поможете, а вас будут благодарить. И есть будут, все-все! Как вас зовут? – Марье было любопытно, ей эти два товарища напоминали гномиков из чехословацкого мультика времен СССР.