Тьма. По Цельсию близко к нулю. Политический триллер

Дочку хотел оставить себе, но суд принял сторону матери, как часто бывает, потому что вмешалась теща, которая когда-то работала следователем в прокуратуре, и на тот момент, находясь на пенсии, имела хорошие связи.

Зла на неё я не держал. Как и она на меня.

– Послушай, Рома, – говорила тёща, – где-то я что-то упустила, когда дочь воспитывала сама. Ты сам понимаешь, когда нет мужа, а есть много работы, то приходится выбирать. Я выбирала работу, а дочка в итоге выбрала разгульную жизнь. Внучку я воспитаю.

Будь уверен. У меня много теперь свободного времени. А дочь изменить уже не смогу. Ты хороший, дочь плохая – дура! Но она моя дочь, а Наденька – любимая внучка.

То, что я хороший, мне, конечно, польстило. Но я не считал себя таковым – у меня была куча недостатков. И подбирал слова: что бы ответить этой женщине? Обидеть её не хотел. Не придумав ничего, я пошутил (не знаю, может, не совсем удачно):

– Статус брюнетки обязывает женщину быть умной. Или хотя бы делать вид, что она не дурочка… – и серьёзным тоном добавил: – Ваша дочь избалованная девочка.

Быть женщиной ей сложно. Хочу надеяться, она сможет себя преодолеть.

Мы договорились, что в любой момент я смогу видеться с Наденькой. И раз в неделю, а иногда и чаще, стал навещать дочь.

Через год Галина Ивановна продала свою квартиру. Вместе с бывшей женой они переехали в другой город. Оля нашла там высокооплачиваемую работу, и в маленьком городе им оставаться жить не имело смысла.

Видеться с дочерью я стал намного реже.

В этот первый раз, перед тем, как встретиться с Викой, я собирался после рабочей многодневной поездки съездить в Краснодар, где теперь жили тёща и бывшая жена. Но планы были нарушены. Галина Ивановна радостно сказала, что Оля наконец-то познакомилась с молодым человеком, они втроем отдыхают в Анапе. Я про это, правда, ничего не знал, но решил за двенадцатилетнюю Надю не беспокоиться. Её мама, со слов тёщи, прошла курс лечения от алкоголизма и начала другую жизнь. Я был рад, потому что понимал, если Оля не сможет отучить себя от вредной привычки, а Галина Ивановна стареет, всякое может случиться, то дочь в скором времени придётся забрать к себе.

А это снова судиться, копаться в грязном белье.

Позвонил Вике, чтобы назначить свидание пораньше. Она почему-то не сразу, но согласилась. «Набивает себе цену» – решил я.

– Наша прогулка в парке остаётся в силе, – твёрдо сказала она. – Дела на работе постараюсь закончить к семи вечера.