Мужчина в пробирке

Нет, а почему он должен уходить-то?! Это он нашел квартиру, он ее оплачивает, он внес деньги вперед за три месяца… До чего же будет глупо, если он опять будет ютиться в их с мамой двушке-хрущевке на Ковалихе, а Вика на три месяца останется в этой просторной однокомнатной квартире новой планировки на Ижорской и углу Республиканской!

И кого-нибудь туда приведет… А может быть, и приводит уже, пока Артем на дежурстве? Может быть, она просто хочет его выжить? Нашла другого мужчину, а эту идиотскую сцену разыграла нарочно, чтобы Артем разозлился и ушел, оставив ей квартиру?

Нет, нельзя так по?шло думать о Вике… но что делать, если думается, хоть ты тресни?! И вот именно что по?шло, потому что сцена, которую она устроила, была непроходимо пошлой!

– Елки-палки, но ведь даже если мы теперь помиримся, я все равно не забуду, как все это было ужасно – эти ссоры… я их буду страшно бояться, я буду подвоха от нее все время ожидать! – шепнул самому себе Артем, чувствуя, как тоска берет его за горло.

Они еще не женаты, они и знакомы-то всего ничего, а ему уже до смерти неохота возвращаться домой, где его ждет Вика!

Дверь распахнулась, и Артем ринулся было прочь из тамбура, потому что на пороге оказался человек, которого он меньше всего хотел сейчас увидеть.

Иван Иваныч! Сейчас как ляпнет что-нибудь эдакое, циничное…

– Доктор Васильев, я так и знал, что ты еще тут, – сказал Иван Иваныч. – Мимо окна не проходил – значит, в тамбуре топчешься.

Давай возвращайся, Петька Симонов шел на работу, упал, очнулся – гипс… то есть гипса еще нет, он потащился в травмпункт; но факт тот, что в пятой бригаде терапевта теперь нету, так что придется, сам понимаешь… – Он развел руками и вдруг захохотал.

Артем знал – почему. Наверное, и в самом деле смешно видеть, как на его физиономии – физиономии человека, которому после суточного дежурства придется не домой возвращаться, а на вторые сутки заступать, – расплывается радостная и даже, можно сказать, счастливая улыбка.

– Не радуйся так сильно, трудоголик ты наш, – сказал ехидный Иван Иваныч. – В ночь тебя Шестакова сменит, так что только до вечера ты будешь блаженствовать на вызовах.

* * *

Квартиру Мокрушин снял за какие-то пятнадцать минут. Увидел объявление на столбе: «Квартира – часы, дни, недели» – и позвонил по указанному телефону.