Li Moon. Путь от рождения к перерождению

Какая она хорошая! Какая она добрая! Я никогда ее не забуду. Буду верить и ждать встречи. Она стала мне другом. Первым другом.

Наша машина развернулась, и мы поехали вперед. Миновали КПП и быстро выехали на трассу.

– А Анастасия приедет к нам в гости? – спросила я.

– Я надеюсь, что приедет, – ответил Анатолий. – Мы будем верить и ждать.

Мы ехали быстро, без остановки по большой кольцевой дороге, преодолевая километр за километром большой московской автострады на максимальной скорости[35 - ETChain Splendour].

Через три с лишним часа мы добрались до пункта назначения. Подъехали к КПП. Анатолий открыл окно, дал дежурному свою левую руку, чтобы тот вычитал информацию с вживленного чипа. Выданной информации с его чипа было достаточно. Нас пропустили. У Анатолия был заранее подготовлен спецпропуск. Вопросов обо мне не было. Когда он открыл окно, я услышала шум. Доносились дальние взрывы, только уже значительно больше. Прорыв блокады велся полным ходом. Окошко закрылось, и взрывы стали почти не слышны.

Проехали мы недалеко. Остановились мы рядом с многочисленным скоплением автомобилей. На очень большой автостраде стояло огромное количество грузовых автомобилей и фур. Легковых автомобилей было мало.

– Дядя Толя! – начала я. – А почему так много машин стоит?

– Они тоже поедут на восток, как и мы, – ответил Анатолий.

– А они за чем поедут?

– За товарами для Москвы. Все товары привозят сюда издалека. Вот на таких грузовиках.

– Они огромные. Намного больше нашей машины.

– Конечно, больше. Они же возят много товаров. Москва – очень большой город. Здесь много людей живут, поэтому нужно много товаров.

Мы ждали еще около часа. Наша машина стояла по направлению на восток, и в небе было видно, как летят ракеты и самолеты. Работали все системы ПВО И ПРО. Лазеры работали почти без остановки. Сбивались летающие объекты, падали обломки. Я со страхом смотрела в небо, при этом удивлялась.

Вдруг я заметила, что Анатолий сложил свои руки в один кулак и начал что-то шептать, смотря в небо.

Он читал молитву. Ему тоже стало страшно. Но не за себя, а за меня. Моя жизнь для него была дороже всего на свете. За молитвой он заметил, что я на него смотрела. Он понимал, что мне страшно, и погладил меня по голове, не прерывая молитвы. Это малость притупило мою тревогу. Далее он взял меня за руку и держал до тех пор, пока поток машин не начал движение.

Движение открыли. Хотя боевые действия продолжались, но уже не так активно.