Приметы и религия в жизни А.С. Пушкина

В Одессе он ходил гулять с тяжелой железной палкой. Подбрасывал ее высоко в воздух и ловил, а когда кто-то из друзей спросил, зачем он это делает, поэт ответил:

– Чтобы рука была тверже, если придется стреляться, чтобы не дрогнула.

В Михайловском, вместе со своим соседом, Алексеем Вульфом, он по несколько часов в день стрелял в звезду, нарисованную на воротах баньки.

В 1826 году Николай I вернул Пушкина в Москву. Сразу же после аудиенции с царем Александр Сергеевич послал секунданта к Ф.Толстому. К счастью, Американца в Москве не оказалось, а впоследствии дуэль удалось предотвратить.

Очень скоро отношения врагов резко изменились: Федор познакомил поэта с семьей Гончаровых, а затем был сватом на его свадьбе.

Цыган

За карточным столом Американец редко встречал еще более искусных шулеров, чем он сам, но Огонь-Догановский оказался именно таким соперником. Проигрыш наличных денег Федор посчитал случайностью и стал увеличивать ставки. Догановский, подливая масла в огонь, несколько раз проиграл Толстому, а потом обчистил его так, что из-за стола Фёдор встал совершенным банкротом.

Несколько дней он пытался раздобыть деньги, но все было безуспешно, и Американец решил покончить собой.

В то время он жил с цыганкой Авдотьей Тугаевой. Своей безропотностью она смягчала буйный характер Федора, и когда Толстой впал в депрессию, Авдотья, почувствовав неладное, не отходила от него ни на шаг. Он хотел отделаться от нее и, придравшись к какому-то пустяку, обругал ее последними словами.

– Что с тобой, Федя? – спросила она, и такое искреннее участие было в ее словах, что против воли он ответил:

– Жить не хочется, Авдотья.

– Почему?

– Мою фамилию должны вывесить на черной доске в Английском клубе за неплатеж долга, а я такого позора не вынесу.

Авдотья прекрасно знала, что карточный долг для любого дворянина был «долгом чести», а черная доска и исключение из Английского клуба унижением гораздо более страшным, чем разжалование в рядовые.

– Много ты должен? – спросила она.

– Какая разница, – махнул рукой Федор.

– Скажи, может я смогу тебе помочь. Ведь у меня есть друзья, у меня и свои деньги имеются.

Федор назвал сумму.

– Обещай мне ничего не предпринимать до моего возвращения, – горячо воскликнула Тугаева, – я тебе обязательно помогу.

–Обещаю, – устало сказал Федор.

Следующие двое суток он провел как в забытьи и когда Авдотья, вернувшись, дала ему пачку денег, он решил, что бредит.