Изгой

 – Зато Элизабет не увлекается магазинами, да? Светская жизнь не для нее? Впрочем, вечеринка ей явно в удовольствие.

– Она знает меру развлечениям.

– О, разумеется, не сомневаюсь. И все-таки положение в обществе – это важно. – От ярости Гилберт не нашелся с ответом, только выдавил улыбку и кивнул. Дики продолжал: – В общем, к делу. Я хочу, чтобы ты взял бразды правления вместо старика Робертса. С апреля. Если, конечно, ты заинтере-сован.

Он еще немного потянул резину, не вдаваясь в детали. Гилберт терпеть не мог Дики, однако принял предложение и стал убеждать себя, что очень рад.

Ближе к концу встречи ему это практически удалось. «Дела идут отлично, – думал Гилберт, – осталось только убраться прочь от опостылевшей физиономии Дики, увезти Лиззи домой и заняться с ней любовью». Тут никто ей и в подметки не годится. У нее на все свой, особый взгляд. Лиззи умна и красива и принадлежит ему, Гилберту. Бог знает, что она в нем нашла, но он благодарен за этот подарок судьбы.

– Выпьем! – сказал Дики. – За Новый год, за то, что тяжелые времена закончились и впереди лучшие, что бы там ни говорили.

За сорок восьмой!

– За сорок восьмой!

Мужчины выпили, скрепляя свой договор бренди.

На первом этаже было душно и жарко. А на втором этаже, на теплых деревянных досках в шкафу для белья, лежал Льюис, плотно прижавшись к спине Тома Грина. На нижней полке устроился мальчик по имени Норман, новенький в их компании. В неудобной позе разнылась спина, и Льюис заерзал.

– Эй, перестань!

– Тсс! Кто-то идет!

Они затаили дыхание.

Половицы на лестничной площадке заскрипели.

– Можешь выглянуть? – еле слышно выдохнул Том.

Льюис осторожно, одним пальцем приоткрыл дверцу шкафа. Было темно, только на пол падал свет из спальни. За витражным окном виднелась зимняя луна, а по комнате на цыпочках кралась хрупкая фигурка.

– Кит.

– Кто?

Том перепугался. Как глупо, подумал Льюис. Самое страшное, что им угрожает – еще одна «сардина»[1 - «Сардины» – игра, родственная игре в прятки.

По правилам прячется один человек, остальные его ищут. Каждый нашедший присоединяется к спрятавшемуся, и постепенно тесное укрытие начинает напоминать банку с сардинами. – Здесь и далее примеч. пер.] в шкафу.

– Впусти ее! – прошептал Норман страшным шепотом, от которого Льюис едва не расхохотался.

– Это еще зачем? – возмутился Том.

– Иначе просидим тут до утра, – заявил Норман. Ему явно не нравилось в шкафу, и, не дожидаясь ответа, он открыл дверцу шире.