Изгой

– Меня ты, конечно, знаешь – а уж я-то тебя знаю с пеленок. Вот этого джентльмена зовут мистер Лайли. Он следователь – такой человек, который собирает сведения про разные события, в основном печальные – например, когда кто-то умер. С констеблем Уилсоном ты знаком, правда? И с сержантом полиции Уайтом. Папа все время будет рядом. Мы зададим вопросы, а тебе нужно на них отвечать, спокойно и обдуманно. И, пожалуйста, говори только правду. Понятно?

Льюис кивнул.

– Прости, но я попрошу тебя отвечать «да» или «нет».

Эта леди – стенографистка. Ее умная машинка будет записывать все, что мы скажем, чтобы мистер Лайли потом мог все прочесть, но она не может ничего записать, когда ты киваешь. Договорились?

– Да.

– Начнем с простого вопроса. Как тебя зовут?

– Льюис Роберт Олридж.

«Произнося свое имя, он на миг стал прежним», – отметила Кейт.

– Сколько тебе лет, Льюис?

– Десять.

– Умница. Помнишь ли ты, что случилось в тот ужасный день?

– Да.

– Ты отправился с матерью на пикник, верно?

– Да.

– Куда вы пошли?

– К реке.

– Вы были довольно далеко отсюда, так? Неподалеку от Дир-парка у Оверхил-Хаус?

Кейт чувствовала отрешенное спокойствие. Интересно, стоит ли в самом деле увезти мальчика с собой? Предложить Гилберту забрать его? На ее месте так поступили бы многие. Вероятно, выйдет замечательно – четверо мальчишек вместо троих. А Гилберт будет помогать с деньгами.

– Пикник удался?.. Вы плавали в реке?

– Да.

– И мама тоже плавала?

– Да.

– Вы были в воде вместе?

– Нет, сначала я.

– А потом она?

– Да.

– Льюис, я понимаю, что тебе тяжело. Мы все тебе очень сочувствуем. Попробуй, пожалуйста, рассказать нам, что случилось с твоей мамой. Своими словами, как получится.

Все замерли в ожидании ответа.

«А ведь этот мальчик – единственный, кто знает ответ», – подумала Кейт. Она покосилась на Гилберта. Интересно, о чем он сейчас думает? Снова перевела взгляд на Льюиса и вдруг поняла, что знать правду ей вовсе не хочется. Однако иначе нельзя.

– Ты можешь рассказать нам, что случилось с мамой? – повторил доктор. Льюис молча смотрел на него. – Льюис, ты меня слышишь? Мы все должны знать, как это произошло. Льюис, не молчи, пожалуйста.

– Я плавал и пытался оторвать руль от лодки, которая лежит на дне.

Гилберт сидел, подавшись вперед, и пожирал сына вопрошающим взглядом. Не отводя глаз от его лица, Льюис начал заново.

– Руль никак не отламывался. Мама… Ма… Она…

Это было невыносимо.