Изгой

– Приехал, значит.

– Да, сэр.

– Идем со мной, – тихим, но яростным тоном произнес Гилберт.

– Гилберт!

– Живо!

Льюис спустился по лестнице, вышел из дома вслед за отцом и без единого слова сел в машину.

Гилберт помчал в сторону деревни. Льюис не задавал вопросов, только пытался вспомнить, что собирался сказать. При виде отца все мысли вылетели из головы.

Гилберт притормозил у тротуара. Не решаясь поднять глаза, Льюис уткнулся взглядом в колени. Он собирался дать обещание. Приготовил целую речь – хотел убедить отца, что ему можно доверять, а теперь не мог и посмотреть в его сторону.

– Ну-ка, погляди сюда, – велел Гилберт.

Льюис повиновался.

Перед ними высилась церковь. В мягком сумеречном свете от нее словно исходили тепло и умиротворение.

– Точно такая же, как была, – проговорил Льюис.

– Да, мы очень старались. Желающих участвовать набралось много. Дики Кармайкл здорово помог. Нам всем было важно восстановить прежний вид.

Льюис молча обернулся к церкви.

– Так что? Ничего не хочешь сказать?

Льюис не ответил.

Гилберт завел мотор и рванул с места. По пути домой он не проронил ни слова.

Семья собралась в гостиной за обеденным столом у распахнутого настежь окна. Мэри расставила блюда и ушла домой до утра. Еще не стемнело, и свечи зажигать не стали. Взгляд Льюиса рассеянно блуждал по столу. Обилие всевозможных подставок и емкостей, серебряных, стеклянных и плетеных, действовало почти гипнотически. Он изо всех сил старался не думать о вине, которое Гилберт наливал себе и Элис.

Аромат красного вина смешивался с запахом свежевымытых овощей. Ели молча, если не считать просьб передать соль, и Льюис едва не рассмеялся, внезапно заскучав по шумным тюремным трапезам. Там было почти как в школе, весело и легко, а напряженную тишину за домашним столом он ненавидел. Наверное, с ним что-то не так, раз он готов променять дом на Брикстон.

Гилберт произнес тираду о том, чего они ожидают от Льюиса: вести себя прилично, найти работу, вежливо общаться с людьми и не пить.

Элис резко отодвинула стул и, извинившись, вышла из столовой. Льюис с отцом закончили ужин в молчании. Наконец Гилберт отложил нож и вилку, аккуратно вытер губы салфеткой и встал.

– Ну, хорошо.

Он выжидательно посмотрел на Льюиса, однако тот все так же сидел, уткнувшись в стол. Гилберт на мгновение замешкался и вышел в гостиную вслед за Элис.