Не только на Рождество

Я натягиваю пальто и выхожу на улицу как раз вовремя, чтобы услышать, как она повторяет свой отказ.

– Простите, сэр, но в это Рождество мы полностью загружены.

Мужчина оборачивается на звук моих шагов и устремляет на меня жалобный взгляд, способный растопить айсберг, но явно не Джез. И в этот миг я замечаю, что он не только в отчаянии, но и отчаянно красив, как будто соткан из самого изысканного генетического материала: высокие скулы, римский нос, золотистые светлые волосы. Усиливает эффект и безупречный прикид: красивое темно-синее пальто-бушлат и клетчатый кашемировый шарф только что не кричат о богатстве и породе.

Ни фига себе!

Но Джез не просто равнодушна к его красоте: она раздражающе непреклонна. Она приносит извинения и снова качает головой. Я бросаю взгляд на гигантского пса, который сидит прямо, будто аршин проглотил, и смотрит на нас огромными немигающими светло-карими глазами, преисполненный королевского достоинства.

– Обещаю вам, с ним не будет никаких проблем, – настаивает мужчина, пробегая рукой по волосам.

 – Это настоящий аристократ, а не пес.

– Да, сэр, все они такие, – говорит Джез, улыбаясь.

Но не у всех такие хозяева, как этот! Я с прищуром оглядываю пса и прихожу к выводу, что в нем, вполне возможно, течет голубая кровь. И, в конце концов, одним четвероногим больше, одним меньше – какая разница?

– Привет! – Я весело машу рукой.

– Я – Чарли.

Мужчина поворачивается ко мне с озадаченной, но полной надежды улыбкой. И боже! У него ямочки на щеках! Две очаровательные вмятинки с обеих сторон квадратной челюсти.

Он протягивает мне руку, как будто тянется к спасательному кругу.

– Я – Хьюго. А это Малкольм. – Он кивает на собаку. – И мы действительно в отчаянии. Вы окажете нам неоценимую услугу.

С надеждой в глазах я поворачиваюсь к Джез и уже готова настаивать на том, что лишняя собака для меня не проблема, когда она снова качает головой.

– В любое другое время мы бы с удовольствием, – твердо говорит она. – Пожалуйста, рассчитывайте на нас в следующий раз.

 – И с этими словами она буквально усаживает несчастного красавца Хьюго обратно в машину, хлопает дверцей, отступает назад и провожает его взмахом руки. Бедолаге Хьюго ничего не остается, кроме как завести мотор и тронуться с места, запоздало махнув рукой на прощание. «Такие хорошие манеры, несмотря на горечь разочарования, – тоскливо думаю я. – Даже моя мама одобрила бы».

Когда автомобиль отъезжает, Джез поворачивается ко мне и качает головой.