Выход за предел

Его избрали депутатом Моссовета по вопросам культуры. Ему, не женатому, выделили двухкомнатную квартиру в центре Москвы и служебную дачу на реке Пахре. Дали возможность приобрести за валюту, заработанную во время зарубежных гастролей, импортный автомобиль «мерседес». Он стал знаменит, известен и участвовал во всех партийно-правительственных концертах в Кремлевском дворце съездов. Был представлен большинству членов Политбюро, их женам и дочерям. Он считался завидным женихом и был вхож в дом к самому – был другом Галины Брежневой.

Он продолжал изучать живопись и был инициатором многих отечественных и зарубежных выставок. Заочно окончил Суриковский институт, факультет истории искусств и собирался там же защищать кандидатскую диссертацию. Активно собирал материал для докторской, был лично знаком со многими знаменитыми дирижерами, режиссерами театра и кино, актерами и актрисами. В общем, Сафрон был в гуще богемной жизни столицы. И не только в гуще, а в самом центре ее – он был лидером тусовки. Куда направлялся Сафрон, туда разворачивалась и вся богема. И когда его спрашивали журналисты, беря интервью: «Как вы так везде успеваете, Сафрон Евдокимович? Вы что – супермен?», он с неизменной улыбкой им спокойно отвечал: «Нет, ребята, я просто рано встаю – в армии привык». Сафрон имел неконфликтный характер, природную доброжелательность, открытость. Его ум, вкус, знания, талант и хорошие манеры делали Сафрона недоступным для сплетен.

Но в конце августа 1983 года сплетни о нем не то чтобы поползли по Москве – они обрушились на нее, как цунами.

Обрушились на всю богемную тусовку, на все артистические, художественные круги столицы, на все партийные, профсоюзные, комсомольские, советские организации, на все начальствующие кабинеты министерств и ведомств страны. Что уж тут говорить про фарцовщиков и меломанов с Неглинной. Сафрон не вернулся с гастролей – остался за границей.

Невозвращенец! Предатель Родины! Изменник, негодяй, зажравшийся мерзавец – все эти эпитеты были адресованы Сафрону Евдокимовичу Опетову.

Все о нем только и говорили и, кажется, страшно завидовали этому «мерзавцу» черной завистью. А он, подлец, – талантливый, удачливый, знаменитый, преуспевающий, богатый, молодой, наконец, – взял да и объявился в Москве через неделю. Вот же придурок! «Тут вообще началось, не опишешь в словах», – как пел Владимир Высоцкий. А произошло вот что. Большой театр с успехом гастролировал по Европам, зашибая валюту для страны.