Записки питерской дамочки

– Материальные проблемы? Я всегда помогу!

– Дело не в материальных проблемах, просто без нас с малышом ей некого будет воспитывать, не с кем делиться жизненным опытом. А людям становится тоскливо, когда выясняется, что их жизненный опыт никому не нужен…

– Я могу снять квартиру для твоей мамы, если ты хочешь. Или домик. Что она предпочтет: квартиру или домик?

Бедный Юрген. Он, разумеется, не понял, почему здоровая и нестарая женщина должна как хвост путешествовать по миру за семьей своей дочери. Не в этом дело! Он почувствовал, что у меня есть проблема, и тут же предложил пути ее решения, даже не попытался начать воспитательной беседы.

Не стал мне объяснять, что нормальная мама должна быть такой, а взрослая дочь должна вести себя так-то и так-то. В мире Юргена должно быть только одно: мне должно быть там хорошо.

И тут появился Тобиус. Слава богу! Его не отлучили от меня!

Присев на краешек кровати, Тобиус зашептал мне на ухо: «Хватит жить жизнью мамы и жизнью ребенка! Живи своей! Если у них будет счастливая дочь и мать, у них тоже все будет хорошо!»

«Не спальня, а Дом Советов какой-то!» – подумала я.

А Тобиус торопливо продолжал: «Бывает, что люди до такой степени живут жизнью и проблемами других, что теряют свою собственную жизнь. И их миссия остается невыполненной. И ты уже была в шаге. Еще чуть-чуть, и ты поступила бы в полное услужение к своей семье, стала бы рабыней!»

– Что ты такое несешь? – мысленно возразила я, но Тобиус прекрасно меня услышал. – Разве посвятить свою жизнь близким, нуждающимся в тебе, это плохо?

– Как правило, да… Лишенный опеки ребенок быстрее развивается и становится самостоятельным, а маменькины сынки не приспособлены к жизни, часто болеют, их все обижают.

Одинокие старушки крутятся, чтобы выжить, и живут. А те, кто не лишен заботы, стараются как можно больше времени провести у телевизора. Короче, до свадьбы я не появлюсь. Но вот тебе мой наказ: живи, это твоя жизнь!

Ночью мне приснился порванный плащ, весь расшитый серебром.

Досада от того, что я не смогу взять его на свидание, была велика, горло сдавило от ярости…

Мы с Юргеном одновременно раскрыли глаза.

– Странный сон мне приснился, – сказал Юрген. – Как будто я случайно распорол ножом очень красивый плащ. И я пытаюсь объяснить кому-то, лица которого не вижу, что я случайно. А плащ такой красивый, расшитый серебром…

– Я знаю…

– Откуда?

– Я была там…

– Где? В моем сне?

– В нашем сне. Мне тоже приснился этот плащ.