Призвание – писатель. Том 3

Когда стали подъезжать к Пензе, попросила остановить в Веселовке, недалеко от церкви.

Вышла Олеся из теплого автобуса на улицу – мороз такой сильный, что под пальто пробирается. По телу пробежала дрожь. Женщина невольно поежилась. Быстро зашагала вперед, проезжавшие машины освещали дорогу. Прошла мимо храма, перекрестилась. Приблизилась к спуску, здесь пришлось еще осторожнее быть. Сапоги на высоких каблуках устойчивостью не отличаются.

Фонари на столбах тускло освещали дорогу. Дом сестры стоял последним от трассы.

Держа в руках тяжелые сумки с гостинцами, Олеся Крупинина думала: «Хоть бы не легли спать! Как же я через сугробы перелезать буду на каблуках?»

Когда она подошла к дому, света уже не было. «Черт, надо же! Опоздала немного». Женщина открыла калитку и подошла к окну. Постучала громко в окно. Тишина. Поставила сумку на снег. Подумала, улыбнулась, достала из сумки свинину и прислонила к оконному стеклу.

Послышались быстрые шаги. В сенях загорелся свет.

Надежда в халате, накинутом на сорочку, в шерстяных носках и тапочках, выглянула в окно.

И… увидела свиную морду с закрытыми глазами. Перекрестившись, отскочила. Перевела дух, пошла выпила воды.

Вернулась к окну. Набрав в легкие побольше воздуха, громко сказала:

– А ну, пошли отсюда! Я вам сейчас такую ночь накануне Рождества покажу! Это надо же нечистая сила как разгулялась, даже пятачок померещился!

– Надя, какая нечистая сила?.. Это же я, Олеся. Да сестра твоя, сестра в гости приехала. Открой дверь. У меня ноги замерзли!

Олеся положила в сумку свиную голову и заглянула в окно.

Надежда открыла дверь. Олеся зашла в дом, поставила сумки на пол. Села на табурет

– Олесь, как ты меня напугала! У меня даже коленки затряслись.

– Надя, прости. Хотела тебя удивить.

– Удивила… Раздевайся. Ужинать будешь?

– Нет. Только чаю попью с мороза.

Гостья прошла вперед, сняла пальто и сапоги. Надя уже поставила на плиту чайник.

– Как чувствовала, что сегодня гости будут. Пирог с повидлом испекла.

– Пироги, Надя, у тебя хорошие.

Чайник скрипел. Хозяйка взяла фарфоровый чайник, обдала его кипятком и слила воду. Затем насыпала щепотку чая, заварила и накрыла крышкой. Положила полотенце.

Помыв руки, Олеся села за стол. Надежда наливала в небольшие кружки чай. Тонкий, едва уловимый аромат наполнял комнату.

– Ну, рассказывай: как Николай поживает?

– Да что ему сделается? Всё так же. На работу ходит, на мельницу. Выпивает иногда, но по дому мне помогает.