Проверка на прочность

Он ушел, тихо закрыв дверь за собой, а я продолжил свою работу.

После шести вечера, когда охранники сменились, я спустился вниз поговорить со вторым охранником. Надо было предпринять меры немедленного реагирования. Кажется, это так называется. Андрей прав, охрана дело серьезное. Тем более что товар на складе лежит на несколько миллионов. Я подошел к комнате охраны и постучался. Дверь тут же открылась, и мне на встречу вышел Василий Николаевич.

– Добрый вечер, Алексей Владимирович! Заходите! Случилось что? Или просто поздороваться? Чай будете? У меня варенье есть малиновое.

Хотя что я говорю, вы, наверно, такое и не едите. Молодежь нынче избалована заморскими сладостями. А мы, старики, все свое предпочитаем. Что-то я разболтался. Присаживайтесь, Алексей Владимирович, в ногах правды нет.

Я усмехнулся, а старик как-то напрягся. Видать, почуял неладное.

– Василий Николаевич, я на самом деле пришел с вами поговорить. Серьезно поговорить. Для начала я прошу меня выслушать и не перебивать.

Хорошо?

– Да, говорите. Я весь внимание.

– Василий Николаевич, меня назначили на должность совсем недавно. И я еще до конца не совсем разобрался, но уже понимаю, что дело очень серьезное. У нас большое здание и много имущества, которое стоит довольно дорого.

По-хорошему, мне надо поменять охрану и поставить нескольких ребят, которые в случае чрезвычайных обстоятельств смогут быстро сориентироваться. Но, честно говоря, я пока еще об этом только думаю.

Я немного запнулся, пытаясь на ходу придумать что-то более складное, а он, по-видимому, подумал, что я закончил свою речь, и начал говорить.

– Алексей Владимирович, охрана дело хорошее, но дорогое. У нас тут есть тревожная кнопка, так что, если вдруг что-то случится, мы сразу вызовем подмогу. Ребята из местного ОВД работают хорошо и приезжают быстро. У нас с ними договоренность, чтобы они раз за ночь обязательно проезжали мимо нашего здания и смотрели, все ли в порядке.

Я же раньше в этом ОВД начальником у оперов был. Не одно поколение воспитал. Все меня знали и уважали. Теперь вот приходится так работать, потому что в ОВД сейчас даже дежурным не берут, а мне надо хоть чем-то заниматься. Всю жизнь проработал и без дела сидеть не могу. И отпор любому дать смогу. Вы не смотрите, что я старый и на пенсии. Старый еще не значит беспомощный.

Я смотрел на него с большим удивлением.