Турсун

– Вы заберете Турсун в этот приезд? – задала Умсун волновавший её вопрос.

– Конечно. Второй раз путь от Китая и обратно я не преодолею, – резко, дав понять, что вопрос не обсуждается, ответила Муваза, затем после долгой паузы продолжила тоном помягче. – Поймите, чтобы стать женой такого известного в Пекине человека, как мой брат, нужно соответствовать определенным требованиям. Она должна говорить на китайском, научиться готовить наши блюда, научиться ухаживать за собой, научиться ухаживать за мужем.

У моего брата есть не только друзья, но и враги. Что скажут они, если он женится на женщине, которая двух слов не может сказать, не может, как положено, подать чай и приготовить наши блюда? Мы должны воспитать и привить наши традиции, прежде чем она станет женой моего брата и станет полновластной хозяйкой его дома. На это потребуется время – не месяцы, а годы.

Умсун ничего не ответила, но эти слова немного успокоили её. «Турсун подрастёт, прежде чем выйдет замуж», – подумала она.

Утром, сразу после завтрака, когда сопровождавшие Юсуфа люди вышли, в юрту начали заносить курджуны с подарками. Долгожданный родственниками процесс начался. Муваза начала с того, что участь каждой девушки – покинуть родительский дом, чтобы выйти замуж.

– У вас выросла дочка, и мы приехали просить её руки для моего любимого брата. Мы решили разделить слова, которые обычно произносят вместе, – «покинуть родительский дом» и «выйти замуж». Сначала Турсун покинет родительский дом и поедет к нам на воспитание, а затем, когда, даст бог, наступит время, ждем вас на свадьбу в Пекин.

Я знаю, эти слова должен говорить мужчина, но так получилось, что мы с Юсуфом одни на белом свете, поэтому я здесь, и я прошу руки вашей дочери для моего брата.

Жанылай, в мешочке «сут акысы»[16 - Выкуп или плата матери невесты за молоко.]. Знаем, сколько бессонных ночей провели вы, пока вырастили дочку. Здесь двадцать китайских золотых долларов. А это вам, – с такими словами она дала Адылу ещё деньги и накинула на плечи Адыла тулуп с подкладом из снежного барса.

Пододвигая с середины юрты несколько полосатых курджунов в сторону Жанылай, Муваза сказала: «А теперь, дорогие родственники, давайте, покажу всем, что в курджунах. Здесь сорок отрезов из шёлка, сорок платков, рулон сатина для мужских рубашек, рулон черного вельвета и посуда: двадцать четыре пиалы, два чайника, две большие тарелки, как раз подойдут для вашего бешбармака.