Стокгольмский синдром

Стокгольмский синдром

Стэсс Гор

RED. Современная литература

Майе Нордин скоро тридцать, но ее уже посещают мысли о смерти. Они дают ей иллюзию контроля над собственной жизнью, изгибы которой становятся все более причудливыми. Встретив Саймона Хеллстрёма, она окончательно теряет этот самый контроль, получая взамен то, что принято называть "нездоровыми отношениями". Неизменным остаётся одно – всегда можно вернуться к первоначальному плану покончить со всем разом. Сможет ли неудержимый рок-музыкант с его мрачноватым жизнелюбием и таким заразительным сумасшествием вернуть ей вкус к жизни? Городская легенда с густо татуированными предплечьями и Девочка, уставшая быть хорошей.

Что будет в их истории? Ночь. Боль. Сексуальное напряжение. И, возможно, любовь.

Комментарий Редакции: Тонкий лед, отделяющий здравомыслящего человека от безумия – это и есть первая настоящая любовь. Так хрупка, чтобы не треснуть. Но так ли страшны воды, в которые неизбежно придется окунуться с головой?

Содержит нецензурную брань.

Стэсс Гор

Стокгольмский синдром

Стокгольм.

Седермальм.

Клуб «Сквизер».

1. Грешник по имени Симме

Майя Нордин нервно оправила платье. Черт бы побрал этот долбаный дресс-код, этот клуб и всю эту разношерстную публику, что считает себя шведским музыкальным андеграундом! Если здесь собираются не слишком взрослые панки, чтобы послушать себе подобных стареющих лоботрясов, то какого черта хостес должны выглядеть как модели на автосалоне? И почему она должна совмещать должность администратора с этими вот почетными обязанностями? Стоять вот так, словно на выставке, улыбаясь кому попало, чтобы даже охранники смотрели на нее со снисхождением.

Особенно дылда Олаф, чей взгляд она чувствовала кожей всякий раз, когда он вставал напротив.

Наверняка и у него тоже вставал. Но какое ей дело? Сунется – будет послан. Свободная страна, прекрасная Швеция…

Фрекен Нордин уже несколько месяцев ловила себя на мысли о том, что ее не радует решительно ничего: ни эта работа, ни звонки сестры раз в сто лет, ни вялотекущая дружба с привилегиями, ни редкая забота отца, который женился на собутыльнице, как только обе его дочери оставили родовое гнездо в Уппсале.

Иногда ей хотелось вскрыться. На самом деле, довольно часто, с пугающей рутинной регулярностью. Но пока что стабильно останавливала другая мысль – о том, что кипенно-белый потолок в изразцовой ванной фру Линдберг этажом ниже будет изгажен мерзкими багровыми разводами.