Мифы и легенды эскимосов

Он вошел и увидел отвратительную старую каргу, лежащую под одеялом; старуха велела дочери пойти и принести ягод; та выбежала прочь и скоро вернулась с огромной миской ягод, щедро сдобренных жиром. Гивиок начал есть; он заметил: «Они и правда очень вкусны!» – а Усорсак (так звали старую каргу) ответила: «Ничего удивительного; жир-то в них от молоденького парнишки». Гивиок, однако, возразил на это: «Фи! Ничего подобного я не смог бы есть»; наклонившись вперед, он заметил под лавкой множество человеческих голов, выставленных в ряд; а когда старуха немного приоткрыла одеяло и повернулась к нему спиной, он заметил, как сразу позади нее что-то блеснуло.

Когда все они собирались лечь спать, Гивиок сказал: «Мне нужно ненадолго выйти наружу». Сказав так, он так и сделал и вскоре отыскал плоский камень, чтобы прикрыть себе грудь; он вернулся в дом и улегся на лавке под окном. Только он успел притвориться спящим, как услышал слова дочери: «Вот теперь он крепко заснул», и в то же мгновение старая карга спрыгнула со своего места на главной лавке; но он зашевелился, как будто заснул еще не до конца, и она осторожно вернулась обратно. Когда он снова затих и перевернулся на спину, подставляя грудь, дочь вновь сказала: «Теперь-то он наверняка спит»; и снова ее мать слезла с лавки – еще быстрее, чем в первый раз, – запрыгнула туда, где лежал он, и уселась всей тяжестью ему на грудь; она громко вскрикнула: «Вот это да!» – но тут же скатилась вниз. «Какая жалость! – воскликнула ее дочь.  – Усорсак сломала себе хвост, а она так чудесно кормила всех нас с его помощью!» (т. е. убивала людей при помощи своего хвоста). Тогда Гивиок поднялся с лавки, уронил камень и выбежал из дома, а дочь кричала ему вслед: «Ты негодяй! С каким удовольствием попробовала бы я твои мягкие щечки!»; он, однако, уже запрыгнул в каяк, едва не опрокинув его. Но тут же поднялся вновь и воскликнул: «Стоит, пожалуй, проткнуть ее гарпуном!» Сказав так, он убил ее на месте.

После этого он продолжил свой путь и через некоторое время вновь приплыл к голой скале.

Неподалеку от скалы он вышел на землю и, как в первый раз, направился к ближайшему дому. Там он, тоже как в первый раз, опрокинул дымоход, а сам спрятался. Снова из дома показалась женщина; когда она вернулась в дом, он услышал, как внутри гадали, отчего опрокинулся дымоход, – ведь ветра не было. Когда она вновь появилась снаружи, Гивиок вышел из укрытия, и его пригласили в дом.