Мародеры

 – Они заперты у нее в сейфе, а ключей у меня нет.

– Саша, – обратилась мама к сыну. – Ну скажи ей, что она про деньги говорила.

– Да, – глухо ответил Асов, глядя Гале прямо в глаза так, что она съежилась. – Я точно помню, те деньги, что я заплатил, должны пойти на организацию похорон и на бензин для катафалка.

Но агента было невозможно убедить. Саша и тетя Тоня поняли, что в этом и нет смысла: деньги она не отдаст. Они вышли из похоронной конторы на улицу, к микроавтобусу, где грузчики с водителем уже втискивали гроб в салон.

Было видно, что он не умещается в «Газель». Агент также появилась на улице и смотрела, как загружают гроб. Разместить его на полу, так чтобы он стоял ровно, мешали пассажирские кресла. Асов прочитал табличку, прикрепленную внутри салона: «Число сидячих мест 13». Гроб был широким и задевал сиденья, поэтому его нельзя было поставить на пол, и часть гроба торчала на улице между распахнутыми задними дверьми микроавтобуса.

Видимо, подумав, что у Александра Емельяновича меньше всего претензий к конторе, агент встала рядом с ним, около открытой выдвижной двери микроавтобуса.

Она ошиблась. Даже постороннего человека задели эти конторские «накладки». Александр Емельянович повернулся к ней:

– Ну и что же, вы нас совсем за дураков держите?

– Да что вы, – испугалась Галина.

– Гроб, деньги, а теперь и катафалк?

– Да все нормально, – успокаивающим тоном произнесла она.

– Не нормально, ну посмотрите на это, – указал он в салон автомобиля на схему маршрута и занавески.

 – Это же не катафалк, а обычное такси. А лицензия-то у него есть?

– Что? – спросил водитель из «Газели», пытаясь приподнять гроб и протолкнуть его внутрь.

– Ничего, ничего. Не обращайте внимания, молодой человек, – вставила тетя Тоня.

– Есть лицензия, – уверенно парировала агент.

– Лицензия на что? – спокойно поинтересовался Александр Емельянович. – На перевозку пассажиров?

Галя молчала, а он продолжил:

– А на перевозку трупов? А если их тормознут на трассе с проверкой? Ответа он не получил.

Что касается Асова, то он равнодушно слушал этот диалог. С самого момента, когда он увидел гроб, его охватила спокойная решительность. Происходящие недоработки компании и агентов в целом пока-что не были критичными. Саша внутренне ругал себя за пассивность, но в то же время понимал, что его действия начнутся после выезда. Поэтому он лишь молчал и использовал время, чтобы набраться сил.