Города и дороги. Избранные стихотворения 1956-2011

и Борисовы (продолжавшие туда ездить и в последние годы, уже с внуками). Я там побывала дважды, в 1972 и 1973: один раз – с моим крестным сыном, поэтом Дмитрием Бобышевым, другой – с моим старшим сыном Ярославом. Увы, здесь же, в Апшуциемсе, 29 июля 1997 утонул глава семьи – Дима (Вадим) Борисов (см. дальше стих. «Перекличка»).

«Москва моя, дощечка восковая…»

Москва моя, дощечка восковая,

стихи идут по первому снежку,

тоска моя, которой не скрываю,

но не приставлю к бледному виску.

И проступают водяные знаки,

и просыхает ото слез листок,

и что ни ночь уходят вагонзаки

с Казанского вокзала на восток.

Москва моя.. ? Из советской песни: «…Москва моя, ты самая любимая». Вообще очень советский оборот, взятый здесь «наоборот», хотя и «моя», и «любимая» – все правда.

…и что ни ночь уходят вагонзаки / с Казанского вокзала на восток. ? Основные вокзалы отправления тюремно-лагерных этапов из Москвы – Ярославский и Казанский, меня в Казань везли с Казанского (начало января 1971).

«В аквариум света вплывешь, поплывешь близорукою тенью…»

В аквариум света вплывешь, поплывешь близорукою тенью

и влажной рукой проведешь по границе незримой

задернешь завесу и горько предамся и тьме и смятенью

пронзая рыданьем родимый пейзаж полузимний

Раскатаны полосы черного льда на промокших аллейках

алеют полоски зари в бахроме абажура

скамеечка скользкая слезная полночь немолчная флейта

все дергает за душу как за кольцо парашюта

И к этим до дна промороженным и до горячки простывшим

впотьмах распростертым убогим моим Патриаршим

прильну и приникну примерзну притихну поймешь ли

простишь ли

сбегая ко мне по торжественным лестничным маршам.

…родимый пейзаж полузимний (…) И к этим до дна промороженным и до горячки простывшим / впотьмах распростертым убогим моим Патриаршим.. ? Издатели «Трех тетрадей стихотворений» указали, что Патриаршие пруды – место, где начинается действие «Мастера и Маргариты» (примечания составлялись без моего участия), но к стихотворению это не имеет никакого отношения.

Патриаршие (в то время, кстати, Пионерские – но так их никто не называл) – это действительно «родимый пейзаж». В 1939–1950 я жила на ул. Чайковского (ныне по-старому Новинский бульвар) и уже в 4–5?летнем возрасте путешествовала по ближним и относительно дальним окрестностям, в т. ч. и в районе Спиридоновки, Большой и Малой Бронных, Трехпрудного, Патриарших.