По ту сторону трибун

– Ну и наглая же у тебя рожа – говорю. – Приперся сюда в одну каску, да ещё и с розой. Смело.

В десяти метрах от нас размеренным шагом шли два сотрудника полиции оглядывая вагоны и откровенно позевывая.

– Увидимся – ответил он всё с той же улыбкой. – Хорошо добраться!

И пошёл прочь.

…В поезде, едва заняв своё плацкартное купе, все сразу отрубились. Усталость от прошедшего дня заставила отказаться от распития ещё одной бутылки, вдруг нарисовавшейся в наши «апартаментах».

И практически весь следующий день она лежала себе не початая.

Пили исключительно чай, да кофе. Жрали китайскую лапшу. Да бутерброды из взятой с собой колбасы с булкой хлеба.

Только Астах травил байки, как ночью гонял к проводнице:

– Парни, она такая уууух! Полночи с ней разговаривали вдвоем.

Все ржали. Но отчего-то не верили.

– Да храпел он всю ночь сам с собой! – веселился Лакост.

И все продолжали ржать.

Ближе к вечеру на подъезде к Черемхово наконец-то откупорили «Талку» и распили её.

Символически подведя итоги выезда. После таких алковыездов нужно ложиться под капельницу.

Сестра

С сестрой у нас всегда были странноватые взаимоотношения. Нет, так продолжалось не всегда. Так получилось с возрастом. Чем старше мы становились, тем всё было запутаннее. Хотя, казалось бы, должно было быть наоборот. По логике-то… Может быть, потому что сестра была двоюродной. Могут ли такие брат и сестра ладить? Хотя, в целом, да. За это спасибо нашим Бабушке и Дедушке, которые возились с нами каждые каникулы.

Сплочая нас сильнее и сильнее.

Вот и в этот раз о её очередной попытке перебраться в Питер я узнал из социальных сетей. Нормально. Всё как всегда. При этом последнее сообщение в нашей переписке датировано чуть ли не годом ранее. Да и номер телефона у меня её уже давно затерялся в постоянных сменах сим-карты сестрой. Номеров в моей записной книжке так много, что угадать на каком она сейчас – вопрос на миллион. Впрочем, мне это удалось.

Как-то после армии сидели с товарищами в пабе, отмечали победу любимого клуба, во втором часу ночи вдруг мы созвонились:

– Алло – в шуме голосов и музыки ответила она.

– Привет, во сколько начало выступления? – постарался сразу перейти к «делу», а то в этом шуме разводить демагогию про как дела не самая удачная затея.

– Да вот через час.

– В «Мидори»? – переспросил я.

– Что-что? – не услышала она.

– В Ми-до-ри?

– Ага, там.