Невостребованная любовь. Детство

Вон посмотри, в селе из десяти семей у восьми нет мужиков в доме, а у вас сразу два, ведь ваши отцы живы.

Не следовало парню напоминать Наде об её отце и об отце брата. Парень даже не предполагал, какую больную рану он задел в душе девушки.

– Пошёл вон! – глядя в глаза парню, зло сказала девушка, присела и стала перебирать запчасти трактора.

– Подумаешь, принцесса нашлась. Было бы кому нос воротить. У меня таких десятки, и ни одна не ломается. Ну и собирай свой трактор! – парень повернулся и ушёл.

Экзамены девушки сдали, получили по листу с печатью, который назывался удостоверением, в нём говорилось о том, что они закончили курсы машинистов-трактористов.

Девушки вернулись в село, где их тут же усадили на трактора и отправили пахать в поле. Надя не могла не думать о том парне, чьё имя не знала. Ей шёл семнадцатый год, в это время её мать уже была беременна ей. Никто из парней в её селе не интересовался ей, по крайней мере, никто ни разу к ней не подошёл. Парень был хорош собой, волосы у него были более тёмными, чем русые, красивые глаза и совсем не наглые. Может, она зря его обидела? Он же не знает, какие у них с братом отцы…

Когда подошла очередь деда с бабкой пасти коров в очередной раз, была уже осень. Надю опять отпустили с работы. На этот раз она пошла пасти табун вдвоём с братом. День был достаточно тёплым, многие поля уже были убраны, коровы это хорошо знали, знали, что на этих полях поживиться нечем, – пионеры-школьники собрали до последнего колоска. Коровы паслись спокойно, благо паутов уже не было, были комары, но они так сильно не донимали коров.

Пасти было значительно легче. Вдруг Матрос забеспокоился, тихо заворчал, потом зарычал. Среди берёз показался всадник. То был парень лет двадцати с небольшим. Он подскакал к пастухам, осадил лошадь и спросил девушку, не видели ли они лошадей в лесу.

– Нет, не видели, – сказала Надя.

– Спасибо, красавица! – парень улыбнулся, хотел скакать дальше, но придержал лошадь и спросил, – как звать-то тебя?

– Надей её зовут! – ответил брат за неё, так как сестра молчала.

– Щё же, щё же еко-то! Щё же, имя-то красивое такое – Надежда! – парень пришпорил коня и, удаляясь, прокричал на скаку, – а я Николай!

По говору Надя поняла, что парень из села, что находилось вниз по течению реки, через одну деревню от их села. Это была уже другая область, хотя эти сёла разделяли всего двенадцать километров, народ в том селе имел свой говор, отличный от говора бывших потомков первых казаков на Урале.