Вся жизнь – игра! Актёрские байки и истории

!» После чего со всех на сцене и в зале в момент слетел хмель. Резко опустился занавес. Тут же появился администратор: «Уважаемые зрители! Произошло непоправимое. Только что на ваших глазах артист Помяловский сошел с ума…»

Классовое чутьё и система Станиславского…

(Рассказыает Лев Дуров:)

Я учился на втором курсе Школы-студии МХАТ и участвовал в дипломном спектакле «Бронепоезд 14—69», который поставил Павел Массальский. Витя Онищук играл белогвардейца Обаба и, когда Вершинин входит в бронепоезд, должен был по роли произнести: «Первому мужику – пулю в лоб!».

Он и произнес, в середину предложения открытым текстом вставив «…твою мать».

Высокая комиссия приняла решение лишить его диплома и дисквалифицировать как актера, для проформы заставив предъявить объяснительную. Витя написал, что, четыре года учась по системе Станиславского, он для каждой роли готовил внутренние монологи. И вот во время дипломного спектакля его внутренний монолог, обращенный к классовому врагу, неожиданно вылез наружу и проявился таким образом.

Не поверить такому объяснению означало для театральной «парткомиссии» подставить самих себя – «да-да, и с нами такое на сцене случалось, тем более по отношению к классовому врагу…».

Дали ему диплом.

Л. Русланова

Колонн тут понаставили!

Михаил Ардов «Легендарная Ордынка!» (про Л.Русланову)

«Вот еще один запомнившийся мне рассказ Льва Мирова»:

Если в концерте, который он вел со своим тогдашним партнером Евсеем Дарским, участвовала Русланова, она непременно с кем-нибудь за кулисами ссорилась.

Чаще всего именно с ним, Мировым. То она требовала, чтобы ее выпустили на сцену раньше срока, то, наоборот, позже, то предъявляла еще какие-нибудь претензии… И всегда это оканчивалось скандалом и. криком…

Как-то Миров пожаловался на это Дарскому, и тот, как более опытный, объяснил партнеру:

– Русланова таким образом настраивается на выступление. Ссора для нее вроде разминки.

И вот Миров с Дарским, предварительно сговорившись с прочими участниками концерта, поставили своеобразный опыт. Когда приблизился момент выхода Руслановой на сцену, все до одного спрятались и из укрытий наблюдали за певицей. Она походила по комнатам, поискала людей, но – тщетно… Тогда, проходя мимо колонны, она как бы ненароком задела ее плечом и буквально взревела:

– Колонн тут понаставили!

Речистая…

Нрав у нее вообще был весьма крутой.