Отражения

Я не видела ничего красивее этого пруда в своей маленькой детской жизни! А потому моё сердце начинало сильнее биться от радости, когда я слышала:

– Викочка! Надевай красное платье! Да, самое любимое! Дядя Вася приехал! Пора к папику!

Дядя Вася был папкиным личным шофёром и моим большим другом. Платья в моём гардеробе все были в красном цвете, потому что в моей маленькой голове всё красное воспринималось красивым. Их шила для меня мама, урывая минуты свободного времени от домашних хлопот и многочисленных заказов.

На производстве она не работала и называлась «иждивенкой», из-за чего очень расстраивалась. Даже всхлипывала иногда:

– Да я же инженер-технолог, а сейчас пишусь «иждивенка»! Какая же я иждивенка! Дом, хозяйство, дети – всё на мне…

Но выбора не было. Я была инвалидом детства и нуждалась в постоянном уходе. Да и папе как директору крупного завода тоже нужна была забота. А ещё у нас имелась домашняя живность – кролики, куры, утки, индюки, свинки, коза и собака, которые не могли обойтись без мамы.

Огромный дом, плодоносящий сад и огород прибавляли дел. Чтобы со всем справиться, маме пришлось взять помощницу, но они всё равно с трудом успевали переделать всю домашнюю работу, потому что папа был очень компанейским человеком! У нас постоянно бывали гости. Мой Янчик садился за огромный стол под сенью деревьев или устраивался на крытой веранде с друзьями и родственниками, собирая за раз не менее сорока человек!

Все они много ели, в меру пили, потом очень красиво и долго пели русские, украинские и еврейские песни, перемежая их репертуаром оперным и опереточным.

Соседи давно смирились, особенно после того, как папа помог им выписать машину-другую дефицитного по тем временам кирпича…

Когда я немного подросла, то научилась ценить эти застолья. За годы, проведённые под крышей отчего дома, я повстречалась с замечательными и известными людьми. Среди них были писатели, философы, министры и футбольные звёзды! Пока я училась понимать ужасно умные разговоры, которые вели старшие, я всегда садилась рядом с любимым, обожаемым папкой, вжималась в мягкий толстенький бок и, единолично завладев его рукой, пересчитывала на ней рыжие веснушки, которых был миллион…

Мама шила для меня изумительные наряды! Она была портнихой от бога.

Отучившись на курсах кройки и шитья в Ленинграде в дни, когда папа недолго преподавал в Военной академии, мама впоследствии сама преподавала на этих же курсах, так как имела большой талант.