Отражения

Дядя Лёня был серьёзным, степенным мужчиной, не склонным к разговорам, в отличие от своей темпераментной супруги, которая целые дни проводила, выясняя отношения и устраивая бурные ссоры и столь же бурные примирения со своей сестрой Гашей, жившей по соседству.

– Ну, будьмо! Щоб пилось и Глось! – заканчивались все разборки между тётками. И белёсый украинский самогон из сахарной свёклы лился в гранёные стаканы до следующей бури.

У моей тётки Гаши, которая тоже являлась отпрыском графа Бобринского, были удивительно удачливые дети.

Впоследствии все они «выбились в люди». Муж тётки, дядя Ваня, побывал в фашистском плену, вернулся домой со сломленной психикой после сталинских лагерей и, прожив совсем немного в кругу семьи, умер.

Тётя Даша, старшая из сестёр, и сама имела троих очень удачливых детей – моих двоюродных брата и двух сестёр. Старший сын был прокурором Краснодарского края, средняя сестра вышла замуж за полковника генштаба, а младшая и самая моя любимая, Милка, – о ужас! – предпочла еврея и связала с ним свою жизнь! Конечно же, произошёл такой «мезальянс» против воли родителей.

Милка смело бросила всё и убежала из отчего дома к своему обожаемому Гришеньке! Нужно отметить, что он был не просто евреем, а одним из самых «продвинутых» и известных «подпольных» бизнесменов того времени! Кстати, Гришка всегда говорил, что его учителем и «гуру» был мой папка…

– Умнее человека не встречал! – скажет он мне спустя многие годы, когда мы случайно пересечёмся в Евпатории. Я приеду туда лечиться и остановлюсь в частном секторе.

К тому времени я уже окончу институт и буду замужем. И вот однажды под окном скромной хрущёвки вдруг появится чёрный лимузин, из него с трудом выйдет необъятный Гришка и пыхтя поползёт по лестницам на пятый этаж без лифта…

– Чтобы двоюродная сестра моей любимой жены жила в этом клоповнике! Собирай вещи, будешь жить у нас! – он примется бросать в сумку мои вещи. – Дочка Яна приезжает по путёвке и селится здесь! Это же надо было придумать!

В дверях покажутся испуганная хозяйка квартиры и ещё три женщины, получившие койки в той же комнате.

– Что подумает обо мне Ян?! – будет неистовствовать Гришка.

– Но как ты узнал? – оторопело спрошу я.

– Ха, как я узнал, она спрашивает! Тебя будут лечить у меня дома лучшие главврачи!

А потом он посадит меня за стол в своём шикарном доме, даст в руки листок бумаги и карандаш:

– Пиши, пиши всё до копейки: зарплату, платежи за коммуналку, расходы на еду и прочее.