Катарсис. Поколение, обрезанное цензурой. Остаться человеком!

Дима намеревался оставить «Форд» у ворот, а ключи занести майору, но, подъезжая к дому, увидел служебную машину владельца коттеджа. Пришлось идти объясняться.

– Казбекыч, салам! – с порога поздоровался Дмитрий. – Большой рахмет[21 - Рахмет (каз.) – спасибо.] за подарок. Шикарное авто, что и говорить, но, извини, скажу честно. От тебя я его принять не могу! Это против логики нашего партнерства. Вот ключи.

Горманов искренне удивился.

– Дима, ты все неправильно понял. Это моя благодарность. Ты только погляди, в какие хоромы я вселился благодаря твоему участию!

– Не преувеличивай, – возразил Дима.

 – Никакого особого участия я в этом не принимал, просто передал твое предложение.

– Не упрощай. Обкатать такого мерина, с ходу расчехлить его – высший пилотаж. Ты зря думаешь, что все должно было пройти гладко. Он мог и отпор дать, до самого Бексултанова дойти! Сам понимаешь, все главы районов, мэры, губернаторы назначаются лично Папой. Система давно отлажена. Мэры платят губернатору, а губернаторы – уже Ему.

Допустим, глава района в позувстанет. Поднимется такая буча, что всем нам мало не покажется.

– А разве в стране все так плохо? – улыбнулся Дмитрий. – Неужели сам президент покрываетэто безобразие? Но ведь я столько раз видел по телевизору, как он коррупционеров разносит.

– По телевизору? Не смеши меня!

– А почему в газетах пишут, как президент борется с казнокрадами? – гнул свою линию Дима

– В газетах… – чекист уже заливался хохотом. – Дим, да у нас все телеканалы и газеты семье Бексултанова принадлежат.

Ты что, тупой, в самом деле? Сам ведь влез в эти махинации. По-твоему, кто турок покрывает, точнее аферы губернатора с ними? В общем, не в то русло у нас разговор зашел. А по поводу Демиденко… Допусти ты хоть малейшую оплошность в разговоре, этого дома у меня сейчас не было бы.

– Ясно. Все равно спасибо за подарок, но я обойдусь своей боевой тачанкой, – Дима встал и направился к двери.

– Ты куда сейчас? В город к жене?

– Нет, наверное, здесь, у Оли, останусь.

У нее такие глаза грустныебыли, когда я уезжал.

– Тогда к семи вечера ждем у нас. Посидим по-семейному, новоселье отметим, – сказал Горманов и на прощание пожал Диме руку.

Дима завез Федю к теще и направился к своей Гаечке. По дороге он обдумывал слова Горманова, убеждаясь в правильности своего решения вернуть машину. Иначе он, по сути, оказался бы втянутым в преступную группировку под началом майора КГБ. Лучше им платить, чем принимать от них что-то.