Чёрный молот. Красный серп. Книга 1

К полудню следующего дня дорогого товарища Калинина проводили на ж/д вокзал, откуда едва стоящий на ногах от бессонной ночи всероссийский староста, честно укреплявший единство партии и народа в постели с артисткой Гретой Иванцовой, был торжественно погружен в спецвагон. Поезд тронулся под звуки «Смело, товарищи, в ногу». Ещё какое-то время провожавшие постояли на перроне, допевая призыв проложить себе дорогу в царство свободы, а после того, как угасли последние звуки, стали потихоньку расходиться.

Следовало незамедлительно начать оправдывать доверие партии и лично товарища Сталина по строительству нового общества в новом городе, названном в честь десятилетия Великой революции. С этого дня следовало трудиться по-новому, посвящая все трудовые победы партии большевиков-ленинцев и лично товарищу Сталину. А органам ОГПУ стоило не смыкая глаз бороться с троцкистскими вредителями. В общем, фронт работ был обширным, и прямо с вокзала все отправились выполнять поставленные задачи.

Какое-то время в курительных комнатах обсуждали якобы лично услышанный кем-то из обслуги рассказ товарища Калинина партийному начальству в присутствии Греты Иванцовой о его путешествии на Байкал во главе экспедиции для поисков золота, захваченного белым адмиралом Колчаком в Казани. То ли белочехи, сопровождавшие Колчака, увели целый состав с половиной золотого запаса царской России, то ли колчаковцы сумели переправить часть золота за границу, рассчитываясь за поставки вооружения и амуниции для белой армии, то ли сумели хорошо спрятать оставшееся золото в Крыму, но никаких особых богатств экспедиция во главе с Калининым не нашла, хотя поиски проводились на том месте, где вроде бы был взорван состав, увозивший золото и рухнувший в результате взрыва в Байкал.

Ещё говорили, мол, чтобы остановить продвижение золотого эшелона, согнали всех работоспособных крестьян и под дулами ружей заставили разобрать пятьсот километров железнодорожных путей. Слухи, однако, были вскорости прекращены после того, как обслугу начали вызывать на дознание, выясняя, от кого они исходят. Несколько человек так и не вернулись домой после таких дознаний.

Самуил Шаевич, имевший двоюродного брата в ОГПУ, знал немного больше простых горожан. Однажды Моисей Цехановский поведал ему историю одного раскулачивания.