Чёрный молот. Красный серп. Книга 1

Тесть прав, нужно закончить юбку для жены Сарафаныча и на время прекратить шабашки. Скоро будет выпуск в лётной школе, и тогда можно будет выкроить немного чёрного материала про запас.

Тесть, конечно, умный мужик, плохого не посоветует. Однажды Давид и Самуил Шаевич попали в неприятную ситуацию, которая их сблизила. Год тому назад они отправились в выходной на рыбалку на утренний клёв. Заблаговременно накопали во дворе червей и подсыпали им в банку вываренный чай, чтобы не засохли и могли питаться, проверили загодя снасти.

Женщины собрали им по паре бутербродов и термос с горячим сладким чаем. Мальчишки, которых обещали взять с собой, вопреки ожиданиям не пожелали просыпаться, а мать не дала будить их насильно. Наскоро перекусив и выпив чая, мужчины отправились в путь. Идти было минут сорок в сторону 29-го разъезда. Не доходя до разъезда, прошли через рощицу, перешагнули через железнодорожные пути и начали спускаться к реке. Обоим показалось, что кто-то пристально следит за ними в роще. Но всё было тихо, и мужчины принялись выбирать места. Несмотря на столь ранний час, здесь уже был один рыбак. Пришлось пройти немного дальше, чтобы не мешать друг другу. Наконец места были выбраны. Немного примяв камыш, поставили рогатки, установили длину лески и насадили червей. Бросили в воду размолотый сухой жмых в качестве прикорма. После каждый закинул снасти, и рыбалка началась. Речка неспешно текла в предрассветной тишине. В месте, где сидели Самуил Шаевич и Давид, был небольшой затон шириной метров тридцать, и течение здесь замедляло свой ход. У начала затона торчал носом кверху полузатопленный старый катер. Когда-то белоснежный красавец перевозил пассажиров и мелкие грузы, но вот состарился и закончил службу в Ершовом затоне. Рыба потихоньку начала плескаться, заквакали лягушки. Сначала одна, а потом и весь хор включился в общую какофонию. Было темно, рассвет ожидался очень скоро. Белый верх поплавков был еле заметен. Остатки лунного света дробились на мелкие чешуйки в водной ряби. И в отражении этих чешуек, напрягшись, можно было разглядеть качающиеся поплавки. Утренний туман менял картинку, стелясь над водой, и лунный свет освещал только небольшие участки воды, пробиваясь через рваные края белой шали, укутывавшей затон. Вдруг поплавок одной из удочек Самуила Шаевича потихоньку дрогнул, разгоняя круги по воде, и замер. Потом ещё раз и ещё, а потом резко ушёл почти весь под воду.