Нельсон. Морские рассказы

Хотя я и был загружен работой по горло, но каптин Брэдли разрешил мне днём с Инночкой несколько раз съездить в город и отдохнуть. Тут уж Вадик отвертеться не мог. В эти периоды вся работа наваливалась на него. Но это только возвышало его, как второго механика в глазах машинной команды и он не противился этому.

А хронометр времени так и отсчитывал, так и отсчитывал минуты до нашего расставания.

Из Инчхона судно снималось на Перу. И я иногда ловил в Инночкиных глазах затаённую тоску. Один раз она не выдержала и расплакалась.

– Опять я буду одна!

Ну а что я мог возразить? Где найти слова утешения? Ведь до Перу месяц, там месяц и назад месяц. Только тогда уже появится возможность списаться. А это произойдёт только в начале ноября. И никто с ней не поваляется на пляже, никто с ней не сходит в осенний лес, никто не подарит букет цветов, только что сорванных на таёжных лугах, и не закричит:

– Мамусь, смотри какой гриб!

Опять одной до поздней осени. А там зима, холод.

– Зато, мамусь, на всю зиму у тебя будет грелка во весь рост, и ты не будешь мёрзнуть, – пытался шутить я.

– Только-то и остаётся, – сквозь слёзы смеялась она.

Каптин Брэдли разрешил мне проводить Инночку.

На следующий день планировался отход. А сегодня ей надо ехать в отель. Завтра утром у неё самолёт, а все таможенные дела надо оформить обязательно сегодня. Как хорошо, что ещё один вечер мы проведём вместе! И он оказался замечательным.

Парк Вальмидо блистал огнями, гремел музыкой, а мы находились вместе.

Ничто нам не мешало гулять, смеяться и радоваться жизни вместе. Хотя нам и не по семнадцать, но всё равно… Мы ходили за ручку, любовались вечерним морем и звёздами, говорили только о своём. Мои руки и губы чувствовали только тепло моей любимой женщины. А как сегодня по-особенному на ночном небе сверкали яркими звёзды!

Лёгкий вечерний ветерок гнал дневную духоту, но для нас мы оставались только вдвоём. Никого не было рядом. И это была не Корея. Это была невероятная планета Земля, где на ней нас было только двое.

Даже в «Золотом петушке» мы специально выбрали уголок подальше, чтобы подвыпившие русские моряки не мешали нам насладиться нашим одиночеством. Я не выдержал и написал на стене фломастером: " Сегодня ты ещё со мной, а завтра будешь далеко, и никакие расстояния не помешают нам быть вместе. Всегда только твой. Механик Макаров».

В тихом ночном Инчхоне ничего не помешало нам дойти до отеля.