Дороги домой больше нет

 – Чего?

– Они хотят убедиться в этом как можно скорее, поэтому просили закончить осмотр после встречи, – напоследок говорит отец Васи и, когда я спешу за ними, на ходу надевая рюкзак, всё-таки представляется. Дмитрий Васильевич (странно).

Мы выходим в длинный, удивительно широкий и высокий коридор. Мне кажется, будто я нахожусь сейчас в замке, хотя… Почему нет? Если подумать о том, что мы находимся в другом мире, – во что я не до конца, но уже частично верю, – то я не удивлюсь, если это и правда замок!

Шаги гулким эхом отдаются от стен, отчего о чём-то приближении можно легко узнать.

Сейчас, на какой-то короткий миг, я предпочту оставаться для остальных незаметной, поэтому я тотчас начинаю следить за своим шагами и добиваюсь, по-моему, хорошего результата: меня почти не слышно.

Через пару минут у меня не остаётся сомнений: это замок. Все эти каменные стены, то узкие, то широкие проходы, винтовые и огромные лестницы, стоящие в нишах доспехи, небольшие окна и крепкие двери…

Дмитрий быстро шагает по известному только ему одному маршруту; Вася, кажется, тоже без понятия, куда мы держим путь.

Мужчина за всю дорогу не произносит ни слова и явно очень волнуется, это можно заметить даже не вооружённым взглядом и с моей «невнимательностью». Неожиданно он останавливается перед какой-то дверью, медлит, чего-то ждёт, решительно стучит и входит, не дождавшись разрешения.

Вася прошмыгивает вслед за Дмитрием, я миг сомневаюсь и следую за ними.

Мы оказываемся в огромной, светлой комнате, где собралось не меньше десятка людей. Все они смотрят не на представителей мужского пола, а на меня одну-единственную. Нет, что вы, я не против, я внимание люблю, но ещё больше люблю, когда знаю, что происходит. А особенно, когда знаю больше остальных.

Я делаю над собой усилие, чтобы выглядеть спокойно. Будто бы и не мне до смерти интересно узнать, всё, что только возможно о них и новом мире. Тихонько вздыхаю и чувствую, что мне теперь на самом деле не так уж и важно, что здесь случиться, лишь бы побольше разговаривали, чтобы интересно было слушать. Люди продолжаю на меня внимательно смотреть или украдкой поглядывать, а я отвечаю им тем же.