Безноженька

Задыхаясь, словно брошенный в траву окунь, Коля переждал возбуждение в книжном углу с диванчиком и красным торшером. Проснулась, весело вышла, пахла потом и карамелью. Решили пойти на Невский – она будет рисовать канал и Спас, а гость Северной столицы «осматриваться». Коля повесил на плечо этюдник.

На лестничной площадке этажом ниже встретили удивительного человека: в потрёпанном кресле сидел завёрнутый в плед красавец, его усы и волосы были закручены на бумажках, он курил папироску, вставленную в мундштук.

– Кирюша, здравствуй! – Марфа чмокнула красавца в щёку.

Кирюша внимательно смотрел на Колю, у которого тут же испортилось настроение. Пустив несколько высококлассных колец, он взял Марфушину руку и поцеловал.

– Привет, Ведрун! Это называется «папильотки». Сегодня у меня гоночный турнир, потом званый ужин. Рябчики и бланманже. Это не кулёльки твоей бабушки.

– Коля, не обижайся! Кирюша шутит, я ему рассказывала про ролку и про тебя, помнишь, ты в Новый год всех насмешил кулёльками? Такого слова ведь никто не знал.

Коля забыл уже про кулёльки с сахаром, теперь снова запереживал.

– Деревенщина! – Кирюша, казалось, хотел уничтожить Ведруна.

– Ну а вы кто такой?

– Я знаменитый гонщик, король турника и Ютуба. А ты дерёвня. Огурцы у твоей бабушки потрясающие.

– Не дразни моего гостя! Коля, пойдём!

Пунцовый от волнения Коля не слышал, что там ещё обидное кричит вдогонку красавец с папильотками, – в этюднике гремели умбра, кадмий, газовая сажа.

У Румянцевского садика Марфа спросила:

– Ты ревнуешь, сердишься?

– Да с чего?

– Это Кирюха Завирюха, он мне как брат.

Коле думалось, что где-то он видел этого Кирюху Завирюху.

На десятке доехали до Невского. После деревенской тишины Коле были непривычны все эти гудки, смех, голоса, почти гром для его уха. Марфа предложила Коле погулять, пока она работает, потом собирались есть пышки. Коля обошёл церковь, послушал уличных музыкантов.

Подошла девушка с большим плакатом, попросила подержать: ей надо было отлучиться на две минуты. Нырнула в подвальное заведение. Коля стоял с плакатом, глазел на публику, на него тоже глазели. На плакате было что-то написано. Прохожие читали и реагировали неоднозначно. Кто-то показывал Коле большой палец, кто-то средний и указательный, кто-то только средний.