Пока смерть не разлучит нас

Глава VII, в которой мы готовимся к сражению с испанцами

Человек подбежал к нам и, задыхаясь, крикнул:

– Капитан Рэйф Перси! Губернатор узнал вашу лошадь, когда вы проезжали через перешеек. Он приказывает вам немедленно явиться к нему.

– Но где он? И где все остальные? – спросил я.

– В форту и на берегу возле него. Ах, добрые господа, какой ужасный день!

– Ужасный день? – воскликнул я. – Да что тут стряслось?

Я уже узнал человека, с которым разговаривал: это был один из слуг коменданта форта, редкостный трус.

От страха он совсем потерял голову.

– Они заряжают пушки! – проблеял он дрожащим голосом. – Мы все пропали! У нас-то и пушек порядочных нет… Разве нам их одолеть?

– Да кого «их»? – вскричал я, теряя терпение.

– Там уже раздают пики и сабли! Ох, горе, от одного вида холодного оружия мне всегда становится худо!

Я выхватил кинжал и помахал им перед его носом:

– Ну как, тебе уже стало худо? Сейчас станет еще хуже, если не объяснишь, что здесь происходит.

Он отпрянул назад и, выпучив глаза, прохрипел:

– На нас идет большой корабль! Огромный! А пушек на нем! Одних кулеврин[40 - Кулеврины – длинноствольные артиллерийские орудия различных калибров. Применялись в европейских армиях и военных флотах в XV—XVII вв. для стрельбы на дальние расстояния.] десяток, а фальконетов[41 - Фальконеты – пушки небольшого (50—100 мм) калибра. Состояли на вооружении в Европе в XVI—XVIII вв.

Стреляли свинцовыми ядрами.] и прочих пушек помельче и вовсе не счесть!

Я взял его за шиворот, приподнял и потряс.

– Они привезли своих папистских попов! – выдавил он из себя, когда я опять поставил его на землю. – Завтра нас всех будут пытать на дыбе! А потом отправят на галеры.

– Стало быть, к нам наконец пожаловали испанцы, – заключил я. – Ладно, идем.

У форта царила невообразимая сутолока. В распахнутые ворота торопливо входили члены Совета колонии, депутаты нашей Палаты и офицеры, а перед воротами, на берегу реки, толпилось взбудораженное население.

Плантаторы из первопоселенцев, колонисты, прибывшие вместе со Смитом и Дэйлом, арендаторы и слуги, женщины и дети, негры, паспахеги, французские виноградари, голландцы с лесопилок, стеклодувы-итальянцы – все они переходили с места на место, громко переговаривались и все как один глядели в ту сторону, где река Джеймс впадала в океан.