НепрОстые (сборник)

Боже! Не дай мне кого-нибудь обидеть – молилась она ежеминутно.

Впервые они с Францем заночевали в баре, куда случайно забрели под вечер и не смогли не остаться до утра. Бармен был настолько не похож на бармена, что они довольно долго ждали кого-то, к кому можно было бы обратиться. Там они делали друг другу джиновый массаж, получили три джиновых ингаляции, поджигали джин-первак на ладонях и на животе, пили разлитый по столу и из уст в уста. Анна еще не представляла себе Франца в каком-либо другом месте.

8. Ночью лежали рядом на сдвинутых стульях и понимали, что по соотношению костей и мякоти они брат и сестра. Или муж и жена. Даже если больше такого не будет, думал Франциск, все равно приятно прикасаться. А она думала о различных пустяках и странностях, которые случаются или могут случиться в любой момент.

Пока они спали, притирая кости к мякоти, и кости к костям, и мякоть к мякоти, их черепа непрерывно соприкасались какими-то неровностями. Они поворачивались, прижимались, крутились и отодвигались, а черепа не разъединялись ни на секунду.

Иногда черепа громыхали, цепляясь особенно выразительными буграми и впадинами, и они часто пробуждались, пугаясь непомерной близости, которая обеспечивалась их же головами. Больше никогда Франциск и Анна не переживали такого совместного прояснения и прозрения.

Начало светать. Главная улица городка проходила мимо закрытых баров, темных дворов, заросших виноградом, который никогда не дозревал, мимо низких каменных оград, высоких ворот – и шла к подножию тысяча- шестьсот-девяносто-пятиметровой горы, постепенно переходя в еле заметную тропинку, которая в такое время дня светилась белым.

9. Беременность Анны была периодом сплошного счастья. Тем, что можно по-настоящему назвать совместной жизнью, семьей.

Вечера они начинали заранее. Ходили в теплых осенних пальто самыми дальними закоулками среди еще не заселенных вилл. Притворялись, что это не их город. Ее руку он держал в своем кармане.

Они шли, одновременно делая шаг той ногой, к которой так крепко была прижата нога другого, что ощущались волны мышечных сокращений, а бедренные суставы смешно терлись. Ей очень нравилось, что все так просто. Что любит тот, кого любит она. Она впервые ощущала радость, когда утром не надо было уходить. Она рассказывала ему что-то из того, что было, когда его еще не было, и очень любила, когда он рассказывал о том, какой он ее знает.