Легенды и предания Древней Индии

И вот в наказание за свое поведение принцесса Майя была выдана замуж за нищего попрошайку, нашедшего себе временный приют под крышей храма Деви в Шравасти. Приданого у Майи не было, только украшения, которые были на ней. Посаженым отцом на свадьбе был главный советник.

Король был слишком сердит на Майю, чтобы присутствовать на ее свадьбе. Однако несколько дней спустя, немного остыв, он спросил главного советника:

– Что, этот нищий из Аванти надеялся получить большое приданое?

– Нет, государь.

– Разве он не знал, что я хочу наказать Майю? Он сказал что-нибудь?

– Да, государь. «Я получил свою награду, – сказал он, – и я благодарен. Теперь я со своей женой отправляюсь в путь». Он и принцесса Майя уже покинули Шравасти.

– А что же сказала моя сестра? – вмешалась принцесса Мадри. – Она выглядела очень несчастной?

– Судя по выражению ее лица, – ответил главный советник, – она была довольна.

– Майя просто из упрямства притворялась счастливой, – сказал король. – Но разве она не просила передать что-нибудь Мадри? Какое-нибудь предупреждение?

Главный советник пробормотал, что вряд ли стоит повторять теперь прощальные слова Майи, тем более что она теперь на пути в чужую страну.

Однако настойчивость короля сделала свое дело, и советник сказал, что перед отъездом Майя просила передать сестре слова, которые ей не мешало бы повторять почаще:

Лучше выйти замуж за нищего,

Чем прозябать в одиночестве в королевском дворце.

– Это просто поговорка, – тут же добавил советник, – игра слов.

Не обращайте на них внмания.

– Глупая поговорка, – фыркнула принцесса Мадри. – Учеба в Бенаресе вскружила Майе голову.

– Вот именно, – согласился король. – Посмотрим теперь, как ученость поможет ей заработать на хлеб.

Оказалось, однако, что нищий, за которого Майя вышла замуж, вовсе не был нищим. Он не был ни бродягой, ни попрошайкой, странствующим от одного храма к другому. Он вырядился в лохмотья, признался Майе ее муж, потому что стыдился самого себя.

– Стыдился! – воскликнула Майя. – Но чего именно?

Но в горле бедняги словно ком застрял. Майя, наделенная добрым сердцем, подошла к мужу и нежно сжала его руки в своих ладонях.

– Шепни мне это на ухо, – сказала она, – и позволь облегчить твою ношу. Скажи мне, что заставляет тебя стыдиться?

– Я стыжусь своей неизлечимой прожорливости, – ответил муж. – Ни один врач не в силах помочь мне. У меня волчий желудок. Я ем за десятерых.