Корабль теней

 – А катер-то исчез.

Глава 4

Детдомовец. Лицо

Отчаянно шпарило южное солнце. Коричневый твидовый пиджак, старый и основательно протертый на локтях, сливался с облупленной кирпичной стеной Курского железнодорожного вокзала. Виктор Малых, молодой девятнадцатилетний парень, совсем недавно постриженный машинкой под ноль, а сейчас чуть-чуть обросший, держал в руках билет до Мурманска с пересадкой через Москву, документ об освобождении из ИК-9 и несколько справок из ЗАГСа и милиции. На лбу парня выступили бисеринки пота.

У ног его стоял тощий фанерный чемодан – самый дешевый, с перемотанной изолентой ручкой и изрядно побитыми углами.

В первой справке значилось, что Валентина Никитична Левенко, уроженка маленького поселка Свобода Курской области, 12 сентября 1946 года родила в Городской клинической больнице №4 ребенка мужского пола, от которого тотчас же отказалась. Вторая справка – о том, что мальчишку-отказника назвали Виктором, приняли в курский дом малютки, а затем перевели в областной интернат для детей-сирот №3.

В третьей справке было сказано, что Левенко В. Н. 14 мая 1964 года встала на учет в Мурманском центре занятости населения, и был обозначен адрес ее прописки – улица Шолохова, на юго-восточной окраине.

Витя ехал на север, в незнакомый город, с тремя рублями в кармане и синюшной вареной курицей, завернутой в бурую бумагу, да парой столовских бутербродов в чемодане.

Интернатская жизнь не особенно баловала его радостями. Первая сигарета в восемь лет, тайком от воспитателей; сначала старшие ребята брали его с собой стоять на шухере, чтобы педагоги не засекли, и со временем любопытство взяло верх: «Можно попробовать?».

Витя не помнил, чем закончился этот эксперимент – сознание голодного пацана отключилось на пятой или шестой затяжке.

Первая выпивка – годом позже, вдвоем с приятелем, раздобывшим где-то бутылку «Солнцедара» за рубь двадцать пять; парни забрались на покатую, заросшую местами мхом раскаленную шиферную крышу хозблока, где никто не мог их увидеть, и по очереди, из горла, выхлебали «Дар» до дна.

Пойло было мерзейшее, но после первых нескольких глотков внутри стало тепло и приятно, голова закружилась; зеленая высокогорлая бутылка быстро опустела. Внезапно Витька начало тошнить, и, пытаясь слезть с высоченной крыши, он рухнул прямо на сосновые чурбаки, сваленные у хозблока, переломав себе ребра, ногу и выбив глаз. Кости срослись, а вот глаз спасти не удалось.