Дом проблем

И здесь никого не видно, да заварен чай – аромат. И обстановка здесь несколько иная: не то что лучше, а свободнее, глубокие кресла, диван.

– Садись, – Кныш сам плюхнулся. – Здесь можешь курить, свобода!.. А в принципе, эти выборы – просто блажь. Раньше нам надо было пахать, агитировать, пропагандировать и заставлять голосовать, хотя всё заранее известно. А теперь – пусть массы делают, что хотят. Наше дело организовать, это мы умеем, проанализировать – этому научимся, и сделать правильные выводы – это нам подскажут.

– А кто подскажет?

– Тот, кто сидит в секции «Пропаганды и агитация».

– Так там сейчас никто не сидит.

– Хе-хе, Мастаев, тебе сегодня всё кажется, а свято место пусто не бывает, а то, небось, другие позарятся. Так что, Ваха, дорогой, у нас работа есть, ведь кладезь знаний не исчерпан.

Хотя Кныш предупреждал, что работы будет немного, на самом деле было столько документации и всякой писанины, что сидели не только весь день, но и до ночи. Однако этот труд не был по рабоче-крестьянски изнурительным, наоборот, теперь Кныш все делает спокойно, не спеша, и если раньше он всегда клеймил буржуазию и демократию, то теперь он находит в этом много полезностей.

– Видишь, как живут капиталисты, – это они на обед зашли в соседнюю комнату, где на столе столько всего, что Мастаев даже названий таких блюд не знает. – У них принято коньячок, – это во время полдника, и перед уходом, ночь за окном. – Ну, а в целом, всё-таки буржуи молодцы, их энтузиазм – не Почетные грамоты и значки, а то, что существенно – деньги… Так что Ленина с пиджачка на время убери, а это получи, – он бросил на стол пресс.

– Что это? – испуг в голосе Мастаева.

– Как положено – расходный ордер.

– Но тут написано расстрельный ордер.

– Что?! – Кныш поднёс документ к глазам, потом надел очки. – Вот идиоты… Ну, это опечатка. А ты распишись, а завтра я всё исправлю.

– Может, я завтра деньги возьму.

– Завтра некогда. Я улетаю в командировку, в Москву.

– А может, я замазкой исправлю?

– Мастаев, финансовый документ ляпать нельзя… Да и какая разница: расход-расстрел на жаргоне – все одно.

– А вы какого звания? – вдруг ляпнул Ваха и сам испугался своего вопроса.

– Товарищ Мастаев, – тут Кныш вновь закурил. – Я солдат революции. Ха-ха-ха! Распишись… Теперь ты тоже. И запомни первое и единственное правило – молчи.