Лицей 2022. Шестой выпуск

Открыв в воде глаза, она увидела мутный бледный живот сестры в пузырьках воздуха и ударила в него со всей силы. Вынырнула и, отплёвываясь, часто задышала. В ушах, закупоренных водой, приглушённо зазвучал незнакомый мальчишеский голос:

– Никто не просил Мадину раздвигать ноги перед Дагиром, а она раздвинула. Раз-дви-и-и-ну-ла!

– Кто здесь? – Махаббат щурилась на гладь реки, похожей на наваристый бульон, словно звук раздавался оттуда.

– Так это не ты повторяешь? – вынырнув, растерянно спросила Мадина.

– Делать мне больше нечего, ага!

– Никто не просил Мадину раздвигать ноги перед Дагиром, а она раздвинула. Раз-дви-и-и-ну-ла-а-а! – на этот раз прозвучало откуда-то из-за дерева.

Мадина в ужасе попятилась. Лицо её было бледным, и посиневший рот сделался будто чужой. Махаббат уже плыла к берегу. Головы сестёр с прилипшими чёрными волосами, торчащие из воды, издалека были похожи на обгорелые головки спичек.

Выбравшись на берег, сёстры Ибраевы прямо на мокрые купальники натянули одежду и, забыв про запятнанный ковёр, потянулись за голосом вдоль берега.

Мадина шла впереди, ускоряя шаг, когда песня звучала с новой силой. Она не обращала внимания на укусы крапивы и на запах полыни, на который, ей казалось раньше, у неё аллергия. Махаббат быстро, но аккуратно шла по следам сестры, добивая резиновой подошвой сланцев колючки и сорняки. На железнодорожном переезде голос вдруг затих, и сёстры присели на пропитанные креозотом шпалы отдышаться.

– Мух, как думаешь, Дагир женится на мне? – спросила Мадина, щурясь от блеска рельса за спиной сестры.

– Теперь уже и не знаю, Ма.

– Ты понимаешь, что меня ждёт, если кто-нибудь разболтает, что мы с ним… ну, это самое.

– Да. Выйдешь за противного старикана-вдовца и будешь раздвигать ноги перед ним.

– Пойдё-о-о-ошь за-а-амуж за вдовца, раздвинешь ноги перед ровесником о-о-отца! – затянул голосок с новой силой.

– Муха, блин! – Мадина протянула руку к сестре, словно собираясь её задушить.

– Подожди! – Махаббат резко обернулась.

– Да ты издеваешься!

– Тс-с-с! – Махаббат прислушалась и поняла, что голос доносится уже со стороны посёлка. – Я поняла, кто это.

– Кто? Если это гад Мауленбердинов, я… – Мадина подобрала тонкую палку и ткнула ей в сухую коровью лепёшку. – Он у меня говно жрать будет!

– Не Мауленбердинов! Хуже. Это тот недоразвитый Маратик, которого похоронили недавно.

До дома девочки шли молча.