Топ-10. Профессии

Перехожу от слов к делу, ну или к делу от слов,

Рассказ об акуле – Фридерике Шопене!

Родился в тысяча восемьсот десятом,

Если по-крупному, то на планете Земля.

Двадцать второго февраля или первого марта,

Зависит от настроения, ну и, конечно, календаря.

Скорее всего, Стрельцы, Водолеи и Козероги,

Как зимние знаки, к себе причисляют Шопена,

Однако, послушав музыку Фридерика немного,

Сразу поймёте – у парня весенние гены.

Начнем с деревни Желязова-Воля,

Которая в день рождения Фридерика

Самим этим фактом заслужила быть в доле

И в будущем получить о себе статейку на Вики.

Важно, что в ней жил какой-то граф Скарбек,

Важно, что ударение на первый слог,

Важно, что убираться, водить детей в садик

Сам он категорически делал вид, что не мог.

Не нужно посуду мыть и стирать труселя

Тому, кто графским делом с утра до вечера занят.

В общем, был человек по имени Николя,

Который работал у Скарбеков няней.

Вот тут и выходит на сцену красотка —

Мадам Кшижановская Текла Юстина.

Родственница графа (есть даже фотка),

Ещё одна няня, которая очень хотела сына.

Вы уже догадались, ставлю косарь,

Что Николя из деревни Желязова-Воля

Ночью пошёл в аптеку, на улицу, за фонарь,

И закрутился роман Кшижановская – Коля.

Первая встреча, звёздное небо, романтика.

Недолго думая, перешли на муа-муа.

А через девять месяцев дали имя мальчику —

О, чудо, Шопен Фредерик Франсуа!

В детстве малыш получал внимание и заботу,

Мог засмеяться и тут же заплакать с любого музона.

Мог подобрать аккорд, мелодию, ноту

Быстрее любого товара сегодня с Озона.

Он вундеркинд – писали в одной из варшавских газет.

Скучно, Шопен как минимум «польский Тиесто».

Пацан, блин, представьте, напишет уже в восемь лет

Не предложение без ошибок, а музыкальную пьесу.

Детство и юность прошли относительно гладко,

Нет смысла тратить на это бумагу,

Учился, тусил, ходил на концерты с палаткой,

Катался в Дрезден, Берлин и Прагу.

Карьеры большого артиста бурный расцвет

С тысяча восемьсот двадцать девятого года.

Ему даже нет двадцати-то лет,

Но уже есть большая любовь народа.

На следующий год покидает Варшаву

И удалённо рвётся в замес на восстание в Польшу.

Но Фредерику с родиной, как и Бузовой с Давой,

Не суждено вернуть совместное прошлое.

Восстание раздавили, получилось оно не ахти,

Руководителя взяли, естественно, в плен.