Геном: исцелённые

В спецприюте, куда он попал семь лет назад, он никогда не оставался наедине с собой. Это было нечто недозволенное, опасное. Каждый должен был находиться под присмотром круглые сутки, не важно, врачей или таких же пациентов. Поэтому уединение со своими мыслями было одновременно желанным и пугающим. Однако и здесь, как только тишина обступила Артура со всех сторон, в дверь постучали.

– Я занят, – пробурчал Артур и прошелся по комнате.

– Может, я помогу разобраться с делами и пойдем завтракать? – Высокий женский голос приглушала дверь.

Артур приложил палец к электронному замку. Два любопытных зеленых глаза уставились на него не моргая.

– Чего тебе? – спросил он нетерпеливо.

– Я тебе уже все сказала, – упрямо заявила Эмма и, толкнув его в бок, протиснулась в комнату.

– Я тебя не приглашал, – заметил Артур и указал ей на выход.

– А я не нуждаюсь в приглашении. Зашла на минутку, познакомиться, – ничуть не смутившись, сказала она. – Эмма. Ты Артур, знаю-знаю.

– На том и закончим, – хмуро заявил Артур.

– Как хочешь. Если решишь извиниться за свое поведение, моя комната в конце коридора. Это раз. И завтрак через полчаса, это два. Не хочешь пугать местных урчанием в животе, приходи. Это три. Кстати, до столовой дойдешь по птичьим следам.

– Что? Каким еще следам? – удивился Артур.

– Просто проверила, слушаешь ли ты меня, – пожала плечами Эмма. – А то вид у тебя рассеянный.

Она проворно выскользнула в приоткрытую дверь. Но Артур едва ли заметил ее отсутствие. Он снова стоял у шкафа.

Похожий глубокий платяной гардероб с темным нутром когда-то стоял у него дома. Он часто забирался внутрь во время шизофренических приступов, когда пульсирующая боль во лбу нарастала, в ушах гудело, словно мимо проходил товарный поезд. Артур успевал закрыть за собой дверцы шкафа и затаиться, крепко стиснув зубы. Но всякий раз после приступа он оказывался где угодно, только не в своем укрытии. На полу в комнате среди разбитых игрушек, в ванной под холодным чугунным корытом, на балконе, свесившимся через перила на головокружительной высоте. И все равно он каждый раз прятался в шкафу в надежде обрести хотя бы одну точку опоры в меняющемся мире страхов и миражей.

– Так ты идешь? – Голос Эммы раздался прямо над его ухом, и щеку окатило волной теплого дыхания.

Артур вздрогнул и обернулся. Дверь закрыта, никого нет.

– Иду, – ответил он пустоте и с силой захлопнул дверцы шкафа.

Артур вышел из комнаты и побрел куда глаза глядят.