Дневник невестки

Роз Михална навострила ушки, она узнала знакомый мужской голос.

Начальник был отцом моей подружки Вероники. В десятом классе Вероника на полном серьезе собиралась замуж за моего мужа. «Антон мне очень нравится, – рассуждала она, – только у него такая странная мама… Ты представляешь, она поставила в сервант свою фотографию, и на этой фотографии она совершенно голая!»

Подумаешь, какой кошмар! Совершенно голая мама! Я это фото видела… В серванте за стеклом. И ничего в нем странного не нашла. На этом фото Розе было всего лет тридцать, она там выходила из реки, стройная и крепкая.

Водички было где-то по колено. Удачный снимок, тело молодое, и почему бы красоту не показать? «У нас есть новые фотографии», – улыбалась Роз Михална гостям и подводила их к серванту, наблюдая за степенью адекватности.

«Но как? Ведь сын все это видит! Антон видит голой свою маму!» – этого пугалась Вероника. И вы теперь понимаете, что у нее не было никаких шансов подружиться с легендарной Розой.

А я не собиралась замуж за друга Зильберштейна, мне было только двадцать, и я вовсю работала.

Редактор говорил мне: «Деточка, ну что ты опять ко мне приехала? Зачем тебе работа? Какая еще практика? Для девочки самое главное удачно выйти замуж!» А я все равно работала, мне был не лишним даже самый скромный гонорар. «К началу отопительного сезона все будет в ажуре», – обещал начальник Газпрома, и я записывала.

Вот за этим занятием меня и застала Роза.

– Здра-а-а-авствуйте! – Я улыбнулась и задвинула пепельницу подальше за компьютер.

С тех пор как я и Антон окончили школу, мы с Роз Михалной не виделись. За два года я так ни разу и не зашла в зеленый домик на тихой улице у городского парка, где проживало семейство, и потому была очень рада этой встрече, неожиданной, как мне казалось.

Роз Михална окинула хозяйским взглядом мой письменный стол, заваленный бумагами. Хозяйским взглядом – именно так легендарная Роза глядит на этот мир. И всем вокруг сразу понятно – вот она, наша барыня.

Уборщица, которая мочила пол вонючей тряпкой на деревянной швабре, не посмела даже ей сказать: «Куда вы прете, женщина?» Да и вообще никто ни разу не посмел спросить у Розы: «А вы за кем тут занимали?» Она привыкла проходить во все инстанции без очереди и без пропуска.

– Здравствуй, здравствуй, дорогая, – кивнула Роза и по своему обыкновению сразу приступила к делу. – Что-то ты давно к нам не заходишь?

– Так… – Я немного растерялась.