Бог умер, да здравствует Бог

Мало того, что низвергнутым оказался солнечный бог, так это к тому же ещё и женщина! Да, со спины одетая в мужской доспех она походила на маленького тощего паренька, но вот лицо-то точно было женское. Нежные пухлые губы, тонкий курносый нос и большие глаза: из них правый был ярко-золотым, а левый бледно-белым, почти бесцветным, в нем виднелась лишь черная точка зрачка – жуткое зрелище. Красиво очерченные глаза с кошачьим разрезом обрамляли длинные пушистые ресницы и острые тонкие брови. Овал лица её был округлым и мягким, несмотря на резко выдающиеся скулы и слегка островатый подбородок.

В целом она была красива, но не слишком, что бывало редкостью у богов, ибо они всегда выглядели так, словно были выточены из благородных драгоценных камней с толикой нежной живости благоухающих цветов. Кстати, я тоже в свои лучшие времена относился к той категории богов, которые одним своим божественно-прекрасным видом сшибали с ног самого стойкого смертного, да и сами боги нередко подмигивали мне с недвусмысленными намеками, зазывая к себе в покои…

Но что-то я отвлекся.

Так вот, за ту долю секунды, которую мне подарила солнечная богиня, я сумел понять, что это, во-первых, женщина, а во-вторых, совершенно мне незнакомая. У старика Бо Юкана в Резиденции женщин было очень мало и все они являлись его наложницами из разных краёв Бессмертной Юдоли, не связанными с ним по крови, а поэтому они не имели и не могли иметь того золотистого оттенка волос, коим могла похвастаться богиня передо мной.

Насколько я помнил, у бога Солнца было семь сыновей, но кто знает, возможно, он успел и дочерей заделать за четыреста лет-то, вряд ли на Бо Юкана как-то повлиял запрет пятисотлетней давности на создание новых богов – Верховному богу ничего не страшно.

Я никогда не отличался терпением, поэтому не удержался и снова решил попытать удачу начать беседу с девушкой, одетой как военный мужчина, которая ползала передо мной на коленях:

– Потеряла что-то? Помочь найти?

Свергнутая богиня неожиданно громко выругалась на неизвестном языке и с приглушенным стуком опустила кулаки на землю, взметнув в воздух облачко пепла.

– Да что случилось-то? – меня начала немного забавлять эта её по-детски наивная злость, будто у маленького ребенка забрали любимую игрушку.

– Куда он мог запропаститься? Не мог же он испариться? – бормотала она под нос, всё ещё не обращая на меня внимания.