Целую руки матерей (сборник)

И песнь моя царит мечтой свободной

В надежде, что получит хлеб – голодный,

Что грянет радость в синеве бездонной,

Что обретет пристанище – бездомный,

Что доктора больным вернут здоровье,

Но – все возможно при одном условье:

Что все безумцы вдруг преобразятся,

В людей благоразумных превратятся,

Что станут вдруг хорошими плохие —

И нас минуют времена лихие…

На это я надеюсь непреложно:

Поймите, жить иначе невозможно!

Должно так быть – Хоть по одной причине:

Чтоб не погибнуть Кораблю в пучине.

У очага

перевод Н. Гребнева

Дверцы печки растворены, угли раздуты,

И кирпич закопчен, и огонь тускловат,

Но гляжу я на пламя, и кажется, будто

Это вовсе не угли, а звезды горят.

Звезды детства горят, звезды неба родного,

Я сижу у огня, и мерещится мне,

Будто сказка отца вдруг послышалась снова,

Песня матери снова звенит в тишине.

Полночь. Гаснет огонь. Затворяю я дверцу —

Нет ни дыма, ни пламени, нет никого.

Что ж осталось? Тепло, подступившее к сердцу,

Песня матери, сказка отца моего.

Любимых женщин имена

перевод Я. Козловского

Встревожены земные шири,

Но знаю способ я один,

Как укротить в подлунном мире

Воинственность его мужчин.

Когда б мне власть была дана,

Вершинам всем,

являя разум,

Я даровал бы в мире разом

Любимых женщин имена.

Чтоб опустились руки вдруг

Пред картою у бомбардира,

Пусть лучшей половины мира

Глаголют имена вокруг.

Когда б мне власть была дана,

Неся ответственность пред веком,

Я матерей бы имена

Присвоил пограничным рекам.

Еще дух рыцарства в чести,

И, может, власть его опеки

Переступить такие реки

Удержит воинов в пути.

В честь просветления очей,

Издав указ антивоенный,

Назвал бы звезды во

Вселенной я именами дочерей.

И сразу бы на небе мира

Не стало б в далях грозовых

Ни одного ориентира

Для самолетов боевых.

И, обретя покой, планета

Жила бы, радости полна…

Звучат всегда в душе поэта

Любимых женщин имена.

Матери

перевод Я. Козловского

Мальчишка горский,

я несносным

Слыл неслухом в кругу семьи

И отвергал с упрямством взрослым

Все наставления твои.

Но годы шли,

и, к ним причастный,

Я не робел перед судьбой,

Зато теперь робею часто,

Как маленький, перед тобой.