Безликая история

Потом до меня дошло, что неплохо было бы залезть в трусы, я залез, даже сумел за что-то там ухватиться, но она начала говорить, что, мол, она так не может, а там ребята, а вдруг, а пук… Даже начала набиваться на свидание.

Короче, я сделал тогда все не так. Секса никакого не было, все, что я тогда получил, – часовую эрекцию и познания в половой анатомии, обретенные путем тактильного опыта. Повезло, что без герпеса обошлось.

Всем этим я после поделился с Денисом.

– Бля, – он долго смеялся, заливисто, – эта рыжая на каждой вписке у кого-нибудь отсасывает… а ты с ней ссосался!

Да, я был тогда еще совсем зеленым в этих делах, и лучше бы этим все и кончилось.

Раздел 2

Помимо Дениса я начал налаживать отношения с несколькими своими одноклассниками, которые составляли отдельную (но необособленную) компанию друзей и были частью большой компании, в которую входили ребята с разных школ. Их было 3 с половиной: Антон, Сева, Кирилл и Дамир. Дамира я назвал половиной, поскольку он являлся заурядным балластом компании.

Таких людей берут с собой, когда не хватает денег либо нужна квартира, либо просто для численности и тому подобное.

С ними я, само собой, общался и до (с Дамиром я учился с 1-го класса, с остальными – с 5-го), даже пиво пил разок (может, пару; до выпускного я пил столько раз, сколько пальцев на руке, и всегда что-то слабоалкогольное и объемом 0,5 л), но после выпускного мы как-то распробовали друг друга. Я считал их мудаками, они, как сами говорили мне, не имели определенного мнения насчет меня.

Закрытый парень, отличник – думали они. Вообще-то, я и не переставал считать их мудаками, но мне нравился сам факт нахождения в веселой компании, легкость, несерьезность, оторванность. Ведь с Лешей у нас были возвышенные отношения: обсуждения разных умных тем (для нас тогдашних), совместные занятия спортом и прочее. А здесь был отрыв, абсолютно животное, неразумное поведение. Мне словно в лихорадке к раскаленному лбу прикладывали холодный компресс. Поэтому я с ними сдружился.

Я и Лешу пытался втянуть в это все. Словно ослепленный, я хватал его за руку и, путая роль поводыря и ведомого, тащил его за собой, думал, что указываю верный путь. Путь к излечению всех ран. Он хоть и неуклюже следовал за мной, но войти в кураж у него не получалось. Он был хоть и не таким даровитым, как я, но более собранным, сдержанным, определенным. Стабильным и… сейчас могу сказать: не дефектным – правильным.