Казус Рюмкина, или Из новейшей истории дивного города Грибоберово

Максим даже прикрыл глаза, откинув голову чуть назад по примеру губернатора и сквозь узкие щелочки смотрел, как в комнату заходят силуэты. Были слышны обрывки фраз, расшифровывающие каждый силуэт, лишающие его таинственности. Тогда Максим встал и подошел к столу, за которым уже устроились все остальные.

Первым заговорил начальник полиции Муржиков:

– Мне показалось, все прошло очень достойно, господа.

Скорее это было приглашением к разговору.

– Надеюсь, губернатор уехал с таким же мнением, – поддержал беседу Тричопка, совладелец местного телевизионного канала.

Кто-то должен был перейти к волнующей всех теме. Самой смелой оказалась Светлана Кирилловна Отобраз, прокурор города:

– А меня не оставляет тревога. Не понравилось мне, что он не позволил нам всем проводить его до машины и вместе с Виленом пошел секретничать с мэром и Расхватовым до отъезда.

Ответить было нечего, Отобраз говорила об очевидном.

Продолжить не получилось, поскольку к собравшимся присоединились Расхватов и мэр Сомов.

Все внимание переключилось на них. Расхватов, очевидно, был немного возбужден, а у Сомова был подавленный вид.

Расхватов сразу налил себе рюмку виски, многозначительно оглядел остальных и выпил. После этого он опять выдержал маленькую паузу и сказал:

– У меня для вас интереснейшее известие.

Чатова смешили театральность в его действиях и драматизм в выражениях лиц остальных.

– «Пренеприятнейшее», вы хотели сказать? – попытался он пошутить, но на него со всех сторон шикнули, явно было не до классики.

– Ну, это кому как, – отреагировал Расхватов. – Губернатор сказал, что хочет видеть на выборах мэра настоящую конкурентную борьбу.

Присутствующие не осознали, что главное уже было произнесено. Это и было обещанным известием.

– В смысле? – робко спросил Тричопка.

Отобраз потребовала детализации:

– Как это? Что это значит, Антон Владимирович?

Сомов пытался выглядеть бодрым, но это у него мало получалось.

Однако сказать все-таки что-то надо было. Все смотрели на него, а он мучительно выискивал правильные слова и, наконец, как ему показалось, нашел:

– Он говорит, нужны новые лица, новые идеи. Правильно говорит, я считаю. Я тоже не собираюсь сходить с дистанции… Он так сказал. Будет настоящая конкурентная борьба.

Все пытались осознать услышанное и быстро выработать подходящий стереотип поведения.