Афган

– До старости тебе ещё далеко, – отверг Александр заявление Кати на этот счет. – И ты всё такая же красавица. И улыбка такая же, как десять лет назад.

Щеки Катерины заполыхали кумачом.

– Не красней, не красней, – Александр поднёс к губам крепкую в ссадинах руку Кати. – Красивей тебя я не встречал женщин, а улыбка… улыбка Моны Лизы.

– Ты неисправим, Саша, – взъерошила Катя волосы Гайдаенко. – Хоть и седина уже.

– Бобёр славен серебром, – хитро подморгнул Александр. – А как твой Фёдор?

– Фёдор верен себе: все так же попивает, если не сказать прямо – пьёт.

Одна у меня отрада – дети.

– Старшей, если не ошибаюсь, около пятнадцати?

– Не около, а скоро шестнадцать. Скоро замуж запросится.

– И жених есть?

– Чего доброго, а этого хватает. Так и гляди…

– Тоже проблема, – улыбнулся Александр. – Но откуда ты всё же узнала, что я здесь? – его очень интересовал этот вопрос.

– Валентина написала, а ей из твоей части сообщили. Всё, как видишь, просто.

– Странно немного. Кто ей мог написать? Хатынцев, наверное, добрая душа.

– Хатынцев ли, Башкирцев какой – я не знаю, а вот жена твоя попросила разыскать тебя, – развела руками Катерина.

– И что же ей от меня надо? – потемнели и сузились глаза у Александра.

– Что жене от мужа надо? – улыбнулась какой-то неестественной улыбкой Катя. – Денег и любви.

– Деньги она получает по аттестату, и с любовью вопрос решен – любви не получилось.

– Наивный ты, Саша, как я погляжу.

Ты же знаешь, что все сейчас, как с ума посходили, бредят чеками, японскими магнитофонами и дубленками… Твоя жена – не исключение.

Гадко стало на душе у Александра, это заметила Катя и попыталась хоть как-то его успокоить.

– Ну, что ты расстраиваешься так, чудак? – взяла она вспотевшую руку Александра. – Разве стоит из-за этого так переживать? Неужели ты не знал, что Валентина болеет этой заразной болезнью?

– Я не врач, Катя, угадывать чужие болезни не умею, и если хочешь, то передай ей, что чеков у меня нет, а какие были, я их роздал тем, кто носит мои горшки.

И еще скажи: как только заживёт дырка в животе, поеду снова «зарабатывать» чеки, пусть уж подождет немного.

– Я понимаю тебя, Саша, ты на неё в обиде. Кстати, она тоже не хвалит тебя. Но это ваше дело, и вы сами разберётесь. – Катя всё ещё держала прохладную, нервно дрожащую руку Александра в своей и нежно поглаживала её.