В мире животных и немного людей

Их в первом же туре растоптала команда рысей.

Днем, по выходным, собирались желающие. Обычно двое, самые спортивные и харизматичные, назначались капитанами. Одним из них был отец Григория.

– Сюда, – отец показал на сына. Он не мог его не выбрать.

– Ладно, – фыркнул лемминг, второй капитан. – Тогда… Во, ты! Давай к нам.

– Я? – отозвалась касатка.

– Да нет же! Он! – на призыв откликнулся багровый тарантул.

И так до тех пор, пока не наберется по восемь игроков. Вот, остался крот.

Никто не хотел брать его к себе, поэтому он был судьей и очень гордился своим положением.

– Фол! – кричал радостно крот.

– Да ты чмо ослепшее, какой нахуй фол?! – визжала ему обезьяна. До драк обычно не доходило.

Однажды Григорий смог забить гол после эффектного паса от второго нападающего, полосатого хамелеона, и это на долгое время стало единственным счастливым моментом в его жизни. Отец был горд сыном, ибо в нем загорелась мимолетная любовь к командному спорту.

Но это был единственный хороший раз.

Интерес угас вместе с появлением других доступных занятий. Свои попытки отец в итоге оставил, появился второй сын.

Ничего в зеркале красивого не было. Григорий смотрелся, крутился, не понимал, чего ищет. Когда он гуляет, то смотрится в стекла машин или проходит мимо витрины, неважно, что за ними. Важно отражение. И в стекле балконной двери оно было.

Почему тебе всегда грустно, Григорий?

Он говорил лисичке, что до встречи с ней никогда не улыбался.

Его даже на работу взяли именно из-за этого. Да, не без влияния отца, но последнее впечатление уже произвел сам Григорий. Впалые в череп глаза, прямая линия между губами, небольшие ямочки у щек. Молодой взгляд, не ведающий зла, но желающий. После общения с отделом кадров Григория встретил отец и спросил:

– Ну как, сын?

– Взяли.

Еще бы не взяли. И держат до сих пор, уже пять лет. На одной и той же должности. Во многом потому, что Григорий не стремится куда-то выше.

На понедельник запланирована важная встреча, о которой он не мог забыть, а хотелось бы. Встречаться с кадровиком или любым другим вышестоящим – всегда стресс. Уволят, обязательно уволят. Изловчатся, но найдут причину расстаться с ним. Он боялся потерять работу, одну из немногих постоянных в вечном потоке перемен.

Нельзя утверждать, что он получал от нее удовольствие. Во многом это было прихотью отца.