Между Западом и Востоком

Рэм заволновался:

– А если искать дополнительные признаки? Но они не растут здесь…

– Рэм, что ты говоришь! Конечно, не растут! Это же явно искусственные изделия! Химические вещества просто так не лежат под елкой. Знаете, Катя, я понял Ваш вопрос.

Зачем мы именно тут ищем? А кто его знает! Это люди. Дали приказ, вот и ищем. Хотя… странно. Чего от нас хотят?

– Надо ученых послушать! – сказал Рэм.

Ученые почти всегда находились в стороне и приезжали лишь ненадолго. Очень скоро их опять увезли. Сотрудники Отдела мало разбирались в той научной специальности.

Из их речи можно было услышать «новое горючее», «запустили», «корпус».

– Тут, наверное, снаряды! – сказал Рэм. – Случайно взорвались. – Или это еще в Гражданскую войну – закопали снаряды, а теперь они взрываются. Из-под земли. А нам надо найти место, где они лежат, чтоб они не взорвались прежде.

Катя сперва согласилась. Но она никогда не видела, как закапывают снаряды и спросила Степу. Степа принялся рассказывать – скорее предполагая, нежели зная наверняка.

Он, конечно, слышал про сильно укрепленные бетонированные сооружения, про подземные крепости и доты. Но разве за Москвой были бои? При татарах были. Но едва ли это они закопали снаряды. За столько лет все давно бы истлело. Катя предположила:

– Возможно, здесь диверсия?

Мысль о диверсионном акте всем понравилась. Но нигде нет сопутствующих запахов. Предполагаемые диверсанты слишком хорошо скрыли запах своей аппаратуры, одежды и всего остального. Целыми днями команду водили по полям, а на ночь увозили в город и в ближайшее село.

Кате ужасно хотелось ругаться – потому что она здесь ищет непонятно кого, а в Москве дети одни остались. Их может навестить Родион, но он сам занят на работе, и кроме того, Катя не успела попросить его об этом. Запах торфа ей опротивел.

Команда вышла к участку, где стояло широкое болото, покрытое желто-красным мхом. В некоторых местах видна чистая поверхность воды. Мох мягкий как ковер, но не везде он надежен. Под Рэмом проседают кочки – он боялся наступать просто на мох и хотел нащупать под ним землю.

Он шел и раскачивался. Степа тоже побаивался болота. Катя прыгала легко. Ее сняли с поводка и ей тут же захотелось бежать к березам. Лучше шагать внимательно, но Кате было противно.

Она помчалась – и мох вдруг поехал вниз. Задняя левая нога почти целиком провалилась. Внизу холодная вязкая вода. Катя изогнулась и, дернувшись всем телом, отскочила к ближайшей кочке. Впереди мох проседал.