Маша и вампиры

Он очень опасен!

– Леш, я все поняла, – прошептала я, – мне больно. – Он тут же отпустил руку. – Я вообще еще не уверена, может быть и от тебя мне стоит держаться как можно дальше…

– А получится? – лукаво улыбнулся Баринов.

– Нет? – с сомнением уточнила я.

– Навряд ли, – он наклонил голову, – Маш, не бойся, я смогу о тебе позаботиться, и защитить. И многое предложить, между прочим, – подмигнул.

– Пока тебя не было, меня и не надо было защищать, – пробурчала я в ответ, а что, правда матка, как бы…

– Ты хочешь, чтобы меня в твоей жизни не было? – И да, посмотреть своими бездонными глазами, это самое то, в такой момент.

С Рю у них гораздо больше общего, чем кажется сначала. Особенно полная уверенность в том, что они самые лучшие на свете и милее не сыскать.

– Нет. Да. Я не знаю. Мне страшно. Для чего я вообще тебе? – Я помотала головой.

– Я уже отвечал на этот вопрос. И был совершенно честен с тобой. Я хочу тебя. Хочу быть с тобой, рядом, все время, – звучит, конечно, потрясающе.

Но теперь совсем в другом ракурсе. Понимание, что он совсем другой и может питаться… мной, есть меня, все меняет.

– А кровь?

– Питаться на других не буду, это как предательство в данной ситуации. Я даже после драки никого не пил, восстановлюсь и так, – передернул плечами мужчина.

– А если я не хочу, чтобы меня кусали? – Ну серьезно, это, как бы, больно, наверняка, и вообще. Я не еда ему!

– О, вот тут, поверь, захочешь, – рассмеялся Баринов, – для людей это огромное удовольствие.

Тем более, что обычно это происходит во время секса и дополняет его. Так вкуснее и полноценнее, что ли. Для нас это все очень тесно связано, – и такое мечтательное выражение на лице. Стало еще страшнее, если честно…

– Капец! Серьезно? И что ты делаешь, когда тебе нужна кровь?

– Перестаю сопротивляться женскому вниманию, Маш, – усмехнулся вампир, – скрыть следы питания проще простого. Это мизерный прокол и он крайне быстро заживает, прямо на глазах. А память можно немного подчистить.

В итоге дамочка окажется утром дома с маленькой, практический незаметной ранкой. Ну, может быть, если мне очень понравится, я не сдержусь, и оставлю парные следы, – он пожал плечами. – Но обычно просто пищи это не касается, – он презрительно скривился. То есть, еще и выбирает. Да уж. Вот мне повезло.

– Ты поэтому отказался вчера? – На меня снизошло озарение.

– Да, поэтому. К тебе я отношусь иначе. И хотел сначала… вообще, чтобы все было иначе.