Былины. Исторические песни. Баллады

И втапоры Марине за беду стало,

Брала она следы горячие молодецкие,

Набирала Марина беремя дров,

А беремя дров белодубовых,

Клала дровца в печку муравленую

Со темя следы горячими,

Разжигает дрова палящатым огнем,

И сама она дровам приговариват:

«Сколь жарко дрова разгораются

Со темя следы молодецкими,

Разгоралось бы сердце молодецкое

Как у молода Добрынюшки Никитьевича.

А и Божья крепко, вражья-то лепко».

Взяла Добрыню пуще вострого ножа

По его по сердцу богатырскому:

Он с вечера, Добрыня, хлеба не ест,

Со полуночи Никитичу не уснется,

Он белого свету дожидается.

По его-то щаски великия

Рано зазвонили ко заутреням.

Встает Добрыня ранешенько,

Подпоясал себе сабельку вострую,

Пошел Добрыня к заутрени;

Прошел он церкву соборную,

Зайдет ко Марине на широкий двор,

У высокого терема послушает.

А у молоды Марины вечеринка была,

А и собраны были душечки красны девицы,

Сидят и молоденьки молодушки,

Все были дочери отецкие,

Все тут были жены молодецкие.

Вшел он, Добрыня, во высок терем, -

Которые девицы приговаривают,

Она, молода Марина, отказывает и прибранивает.

Втапоры Добрыня ни во что положил,

И к ним бы Добрыня в терем не пошел.

А стала его Марина в окошко бранить,

Ему больно пенять.

Завидел Добрыня он Змея Горынчата,

Тут ему за беду стало,

За великую досаду показалося;

Сбежал на крылечка на красная.

А двери у терема железные,

Заперлася Марина Игнатьевна,

А и молоды Добрыня Никитич млад

Ухватит бревно он в охват толщины,

А ударил он во двери железные недоладом,

Из пяты он вышиб вон,

И сбежал он на сени косящаты.

Бросилась Марина Игнатьевна

Бранить Добрыню Никитича:

«Деревенщина ты, детина, засельщина!

Вчерась ты, Добрыня, на двор заходил,

Проломил мою оконницу стекольчатую,

Ты расшиб у меня зеркало стекольчатое».