Радуница. Избранная лирика

Я хочу проехать даже в Шираз и, думаю, проеду обязательно. Там ведь родились все великие персидские лирики. И недаром мусульмане говорят: если он не поет, значит, он не из Шушу, если он не пишет, значит, он не из Шираза».

Почему же все-таки поездка Есенина в Персию так и не состоялась? Ответ на этот вопрос дают воспоминания самого П. И. Чагина: «Поехали на дачу в Мардакянах под Баку… Есенин в присутствии Сергея Мироновича Кирова неповторимо задушевно читал новые стихи из цикла "Персидские мотивы". Киров, человек большого эстетического вкуса, в дореволюционном прошлом блестящий литератор и незаурядный литературный критик, обратился ко мне после есенинского чтения с укоризной: "Почему ты до сих пор не создал иллюзию Персии в Баку? Смотри, как написал, как будто был в Персии.

В Персию мы не пустили его, учитывая опасности, какие его могут подстеречь, и боясь за его жизнь. Но ведь тебе же поручили создать ему иллюзию Персии в Баку. Так создай! Чего не хватит – довообразит. Он же поэт, да какой!" …Летом 1925 года я перевез Есенина к себе на дачу. Это, как он сам признавал, была доподлинная иллюзия Персии – огромный сад, фонтаны и всяческие восточные затеи. Ни дать ни взять Персия».

А удивляться в Мардакянах жениху с невестой Софьей Толстой, внучкой великого писателя, действительно было чему. Служебной дачей Чагина в этом пригородном бакинском месте была бывшая летняя резиденция нефтяного миллионера Муртазы Мухтарова с удивительной системой колодцев и бассейнов, уникальными фонтанами и архитектурными сооружениями, растениями, а также гулявшими на воле павлинами, лебедями и джейранами.

И не стоит удивляться, что такая атмосфера подействовала на впечатлительного поэта.

Через весь созданный поэтом на Востоке цикл «Персидские мотивы», сравнивая два мира и две цивилизации, Есенин сквозной нитью провел чувство любви к далекой Родине, ждущей его в свои объятия:

Тихо розы бегут по полям.

Сердцу снится страна другая.

Я спою тебе сам, дорогая,

То, что сроду не пел Хаям.

В итоге поэт, восхитившись розами, коврами и красавицами Персии, увиденными им из Баку, ждет не дождется своего возвращения на Родину:

Мне пора обратно ехать в Русь.

Персия! Тебя ли покидаю?

Навсегда ль с тобою расстаюсь

Из любви к родимому мне краю?

Есенину, как никому другому в русской поэзии, удалось воспеть и отразить самыми пестрыми красками мир Персии и оставить нам как завещание трогательное отношение к иным народам и культурам.