Радуница. Избранная лирика

 Мариенгофу: «Милый мой Толя! Как рад я, что ты не со мной здесь в Америке, не в этом отвратительнейшем Нью-Йорке. Было бы так плохо, что хоть повеситься… Лучше всего, что я видел в этом мире, это все-таки Москва… О себе скажу… что я впрямь не знаю, как быть и чем жить теперь. Раньше подогревало то при всех российских лишениях, что вот, мол, "заграница", а теперь, как увидел, молю Бога не умереть душой и любовью к моему искусству».

После возвращения из Америки Есенин вновь жил в Париже и Берлине, пока не вернулся в августе 1923 г.

в Россию. За все время пребывания за границей он написал не более 10 стихотворений, да к тому же все они были навеяны тоской поэта по России. Удивительно, что конкретно странам, которые посетил поэт, он вообще не посвящал стихов, хотя ранее, еще не побывав за границей, он писал «страноведческие» стихи, например «Бельгия» (1914), «Польша», «Греция» (1915). А в поэме «Инония» в 1918 г. он все-таки обращался к Америке: «И тебе говорю, Америка, / Отколотая половина земли, – / Страшись по морям безверия / Железные пускать корабли». По-видимому, то, что увидел на Западе поэт с «крестьянской душой», совсем не зажгло его поэтической страсти. Есенина влекло и влекло все сильнее домой, в «рязанские раздолья». «Ближе к родимому краю» – такой вывод сделал поэт из своих зарубежных путешествий и признал: «Дух бродяжий, ты все реже, реже / Расшевеливаешь пламень уст». Но его еще ждала на закате жизни пестрая восточная эпопея, которая все-таки подарит ему и вдохновение, и счастье, и покой…

В мае 1921 г.

Есенин через Поволжье, где свирепствовал голод, приехал в Ташкент, и впервые в своей жизни окунулся в атмосферу Востока. До этого поэт скептически относился к искусственным, как ему казалось, «восточным мотивам» втворчестве его поэтов-друзей, включая Н. Клюева и А. Ширяевца. Однако во время пребывания Есенина в Ташкенте и посещения им Самарканда в нем что-то стало кардинально меняться. Очарование патриархального Востока вызывало новые мотивы творчества, будило фантазию и иные образы. Исходя из этого совсем не случайным представляется, что поэт в 1924–1925 гг. трижды (в целом насрок в 9,5 месяца) отправлялся на Кавказ, где нашел, наконец, свое вдохновение: 3 сентября 1924 г. – 1 марта 1925 г. – поездка по маршруту: Москва – Баку – Тифлис – Баку – Тифлис – Батум – Сухум – Тифлис – Баку – Москва;

27 марта – 28 мая 1925 г. – новая поездка: Москва – Баку – Апшерон – Балаханы – Мардакяны – Баку – Москва; 25 июля – 6 сентября 1925 г.