Райское место убийства

Поэтому таких он туда никогда не возил: ни тех, которые называли себя друзьями, по сути же не являясь таковыми, ни женщин, которые в его жизни были вовсе не навсегда. В общем, это было его тайное место, куда он мог убежать от всего мира, где мог вести себя, не соблюдая никакие условности, и знал – там никто его не застанет врасплох, не потревожит какими-нибудь дурацкими вопросами или просьбами.

– Ты наверняка там для себя даже терем построил? – спросила Света.

– Терема нету, зато есть понтон, – с улыбкой ответил он.

– А что это? Типа – пирс?

– Нет, понтон – это другое.

– Чтобы нырять и понтоваться?

– Ага…

– И шалаш для любимой подруги есть?

– Поехали скорее, там всё увидишь, – торопил он.

– Но я не умею плавать, – продолжала она.

И теперь голос её звучал даже кокетливо.

– Так за лодкой не придётся плыть, не надо, – пошутил он. – ты в лодку садись.

Тогда она посмотрела ему в глаза.

Заметила почему-то в них холод. Вздрогнула…

Сама не зная почему – не придала этому значения, к тому же лучи солнца, проникая через быстрые облака, то и дело согревали, так что в общем было тепло, хотя запросто получилось бы обмануться, отчего теплее – от солнца или от любви.

Света заметила, что её пляжную сумку мужчина уже поставил на дно лодки, здесь же лежал его большой пакет, но девушка знала, что покрывало Ярослав обычно носил в простом прозрачном мешке и удивилась, не заметив его, не увидела и пакета с продуктами.

Немного смутилась, но ничего не спросила об этом, зато ещё раз предложила остаться здесь, надеясь, что может спутник её всё-таки передумает.

– Нет, поехали, – однако настаивал он. – здесь ветрено, а там тепло, хорошо… К тому же неужели ты не хочешь побывать в таком таинственном и самом укромном уголке, какой есть на земле?

– Прямо на всей земле?.

. Тогда хочу, – отозвалась Света, и что-то кольнуло в груди.

Впрочем, она сомневалась, что это правда самый укромный уголок. Наверняка есть и другие, все не пересмотреть. Однако надо сказать, что рядом с любимым мужчиной она чувствовала себя всегда как-то особенно. Любовь ли её окрыляла, а может что-то другое – она не слишком размышляла по этому поводу.